— Нет времени, — ответил утомленный мужчина. — Одного придется оставить так. Йани говорит, у нас есть всего несколько часов. Снимаемся…
— Часов? — переспросила Ада. — Но это невозможно! Для восстановления…
— Их необходимо вернуть назад, Ада, — ответил мужчина. — Не спорь со мной и не возражай Йани, если тебе дорога твоя голова. С детьми ничего не случится… Однако оружие и средства обнаружения у тримонцев оказались лучше, чем мы предполагали.
— Но мне нужно отыскать Бена Ко, — пыталась напомнить о себе Клари, но никто не слушал ее.
Ада мрачно сказала:
— Мы будем готовы.
И Клари вдруг увидела ту Аду, которой не замечала прежде: преданную Служительницу Мира, прятавшуюся в пышном теле няни. Брак спросил:
— И какое же дерьмо тут творится?
— Христе Боже, — проговорил мужчина, взяв сразу двух детей. — Надеюсь, ему еще ничего не сказали?
— Йани хочет это сделать, — заметил другой. — В конце концов, парень — особый случай. И наш залог. — Оба они вышли, унося троих детей.
Клари не могла усидеть на месте. Отмахнувшись от назойливых вопросов Брака, она подошла к ребенку, который оставался в детской. Девочка трех лет играла пластмассовым кубиком, в который можно было вставить разные пластиковые детали через прорезанные в гранях отверстия. Клари поглядела на сосредоточенную малышку, старавшуюся пропихнуть куб в треугольное отверстие. Так чего же лишилось это дитя?
«Парень — особый случай», — сказал Служитель о Браке. А разве не особый случай она сама? Ведь Мастер прямо так и сказал. Возможно, Йани просветит и ее, и Брака. Или это сделает кто-либо другой?
Большая комната, в которую Клари осторожно выбралась впервые за шестнадцать часов, оказалась совершенно безлюдной. Она в потрясении замерла на пороге.
Кровь пятнала пол. Вокруг валялись какие-то предметы, торчавшие из полотняных мешков или разбитые. Оба больших ящика, которые на глазах Клари двое мужчин внесли в комнату, стояли с открытыми крышками. Клари заглянула внутрь.
В первом остались только кровавые пятна. Во втором оказался мертвый пещерный гайлут. Она нагнулась и потрогала зверя; тело казалось холодным, хотя охладитель был явно выключен. Неужели этих животных принесли, чтобы бросить в полевую кухню в качестве источников белка для хлеба и супа?
Нет. Внутри охладителя змеились разные трубки; зонды и инъекторы были подсоединены к телу гайлута, хотя ни один из них не работал. Животный белок для полевой кухни всего лишь сохраняли холодным, не более. Или она ошибается? Клари еще не проходила курсов выживания в полевых условиях; их читали на третьем году обучения.
Дверь в заднюю комнату открылась, из нее вышла женщина в окровавленном хирургическом костюме, который она немедленно сняла.
— Все трое чувствуют себя хорошо, — удовлетворенным, но утомленным голосом обратилась она к Клари. — Во мне они более не нуждаются. Разбуди меня перед тем, как надо будет уходить. — Она расстелила одеяло, улеглась и немедленно уснула — мертвецким сном человека, проведшего на ногах не один день.
Клари заметила в углу свою матерчатую сумку. Кто-то уже упаковал и застегнул ее.
Йани вышел из операционной, негромко переговариваясь на ходу с двумя Служителями. Клари не сумела разобрать слов. Когда он договорил, все трое направились к детской, и Йани поманил за собой Клари.
— Ада, мы уходим, — обратился он к няне. — Остальные трое детей будут здесь через несколько минут. Так уж получилось. Ты вылетаешь последним рейсом скиммера, у нас остался только один аппарат, и он не может взять сразу всех. У тебя есть около часа — сделай для детей все необходимое. Пройдет пять или шесть часов, прежде чем тримонцы доберутся до них. И я не хочу, чтобы хотя бы один из малышей почувствовал жажду или споткнулся и поцарапался. Кел даст тебе мягкие ремни, чтобы пристегнуть их к койкам.
Ада кивнула, Клари даже не предполагала, что на лице ее может появиться столь жесткое выражение.
— Клари, — сказал Йани девушке, — веди меня к Браку.
Йани взял табурет Ады, единственное сиденье в скудно обставленной комнате, и сел возле Брака. Клари осталась стоять. Брак с ненавистью посмотрел на Йани:
— Что вы сделали со мной!
— Превратили тебя в залог мира между твоей страной и Игнацией.
— Не понимаю!
— Естественно. — Йани на мгновение закрыл глаза, и Клари вдруг испугалась, что он, как и врач, немедленно заснет. Однако Йани собрался и поглядел на Брака с неким подобием доброты.
— Брак, кто выиграет эту войну?
— Пока это никому не известно.
— Ты ошибаешься. Это известно нам. Победит твой народ, тримонцы, и победит достаточно скоро. Вы обладаете преимуществом в технике. А также лучшими землями, большими урожаями, правами на горные разработки, а еще грамотностью.
— Они первыми напали на нас, — вспыхнул Брак, и Клари поняла, что в глубине души юноше неудобно оттого, что его страна обладает неоспоримыми преимуществами.
— Конечно, на вас напали, — сказал Йани, проведя ладонью по грязным волосам. — У игнациев много молодежи, ими управляют старики, что почти всегда влечет за собой войну, гражданскую или внешнюю… или революцию. Демография определяет судьбу страны.
