Актриса вытащила из моих одеревеневших пальцев рюмку с кровью и с чарующей улыбкой всучила молоденькому официанту.
– Какая пошлость! – Кошка с презрительной гримасой проследила за братом. – Глядя на тебя, я решила, что у Фила появился вкус. Оказывается, ошиблась.
Между тем, склонившись, он что‑то проворковал партнерше на ухо. Запрокинув голову, черноволосая ведьма от души расхохоталась. У меня сжался желудок, и к горлу подступила тошнота.
– Мне надо на воздух, – едва слышно пробормотала я и немедленно направилась к распахнутым дверям бального зала.
Под ногами разлетались легкие блестки, вокруг вились разговоры, чужой смех. Неосторожно оступившись на высокой шпильке, я кого‑то толкнула и испуганно ойкнула. Передо мной в компании сверстников стоял Заккари. Казалось, что ведьмаки, лениво попивающие игристое вино, сошли с телевизионного экрана в самый момент, когда транслировали модный показ. Без сомнений на их фоне даже английский принц почувствовал бы себя по‑настоящему ущербным.
– Куда торопишься, Александра? – С ухмылкой Зак ловко перехватил меня за локоть. С удивлением воззрившись на человеческую девчонку на ведьмовском шабаше, молодые люди, как по приказу, замолкли.
– Прогуляться решила. – Вырываясь, грубовато отозвалась я. – Меня тошнит от запаха крови, и, если не хочешь чистить пиджак, то пошел вон. Пожалуйста.
– Потанцуем. – Безапелляционно заявил он, подталкивая меня к танцующим парочкам. – Пожалуйста.
Я и сама не поняла, как изобразила неуклюжее па, провернувшись на каблуках вокруг своей оси, и упала на грудь партнера. От стыда перед любопытной публикой хотелось провалиться под пол.
– Танцевать ты не умеешь, – заключил блондин.
– Ну, ты же спросил меня об этом прежде, чем опозорить перед людьми!
Горячая ладонь красавчика нахально скользнула с моих лопаток на поясницу. Непроизвольно я выгнула спину, боясь, что Филипп заметит откровенный жест, и прошипела:
– Зак, это и есть один из тех случаев, когда ты бываешь милым?
Ведьмак не ответил, и я нарочно отдавила ему ногу, вымещая раздражение. Неожиданно он склонился, заставляя меня отринуть, и едва слышно пробормотал:
– Ты напрасно переживаешь из‑за пустышки Марго. Пойми, наконец, Александра, ты лучше и выше нас всех.
Наверное, от подобного до жути интимного тона у девушек кружилась голова, и сладко ныло под ложечкой, но у меня же подозрительно задергалось веко. Конечно, Зак со вкусом издевался, добивая лежачего на двух лопатках!
– У тебя помутнение рассудка? – прошипела я. – Все, натанцевались уже!
Мы резко остановились, вызвав удивление парочек рядом, и одновременно уронили руки.
– Видишь, – равнодушно бросил парень, – я все‑таки умею быть милым.
– Почему я считала, что в последнее время ты ненавидишь меня чуть‑чуть меньше?
– Ты ошиблась. Нет ничего правильного в том, что ты находишься в Гнезде и цепляешься за Фила.
Понятливо кивнув, я стряхнула с плеча ведьмака несуществующую ниточку и тепло улыбнулась:
– Спасибо, Зак! Честное слово, это такое облегчение, когда ты не строишь из себя друга!
Лицо врага окаменело, на скулах заиграли желваки. Выдержав долгую паузу, он сдержанно вымолвил:
– На твоем месте, Александра, я бы остался в зале.
– Как же нам всем повезло, что мы находимся на своих местах! Правда, Зак?
Напоследок одарив парня презрительным взглядом, я направилась к выходу. Незаметно прошмыгнула в толпе веселых гостей и спряталась в пустующем крыле особняка. Здесь располагались гостевые спальни и черная лестница, ведущая в кухонный чулан. Ею пользовались исключительно редко, что позволяло незаметно спуститься на первый этаж.
В коридоре горели ночные бра, царили спокойствие и безмолвие. В воздухе плавал характерный для Гнезда душок старости. Грохот праздника доносился до тихого уголка беспрерывным гулом.
Тут в одной из комнат раздались звуки неясной возни и женский стон. Я замерла, стараясь не стучать каблуками по паркету, чтобы не сконфузить загулявших гостей…
