– Пойдем. – Одним ловким движением Зак встал и потянул меня за руки, поднимая с ковра.
Бесконечно долго мы петляли по окутанным непролазной тьмой коридорам, и я плохо осознавала, что именно произойдет прямо сейчас. В голове совсем некстати всплыло воспоминание о нашем последнем разе с Филиппом. После сегодняшней ночи, завтра, смогу ли я смотреть ему в глаза?
Внезапно Заккари резко развернулся и, прижав меня к холодной стене, с жадностью поцеловал. Все доводы рассудка моментально улетучились, как утренний туман. Из груди вырвался судорожный вздох, внизу живота разлилось жидкое пламя.
– У тебя последний шанс передумать, – хрипловато прошептал ведьмак мне на ухо.
– Заткнись уже, – пробормотала я и впилась в его губы.
Не отрываясь друг от друга, мы валились в одну из пустующих спален в гостевом крыле дома. На что‑то налетели в темноте и рухнули на заправленную кровать. Матрас жалобно скрипнул под весом тел, одежда беспорядочно полетела в разные стороны. Я не чувствовала тяжести Заккари, таяла от его прикосновений, задыхалась от жадных ласк.
Нежданно‑негаданно в неземной тишине тихонечко запели. Тоненький женский голос затянул монотонный мотив, в каком едва угадывались непонятные латинские слова.
– Ты это слышишь? – чуть отстранившись, насторожилась я.
– Тебе кажется, – пробормотал Зак и нежно прижался губами к моей горящей щеке, оставляя влажный поцелуй.
– Подожди! – В замешательстве я уперлась ладонями в его твердую грудь.
Ведьмак навис надо мной на руках. Резко обозначились ключицы, длинная цепочка с медальоном свесилась с шеи.
– Саша, не надо. – В осевшем голосе прозвучала мучительная просьба.
– Ты разве не слышишь, что кто‑то поет?
– Ты проснулся? – Я заглянула внутрь.
