Меня охватил ужас, когда, кривовато улыбаясь, демон ступил в круг. Существо сделало шаг, и вдруг из его тела вырвались острые лучи. Демон схватился за живот, словно стараясь запихнуть раздиравший его свет обратно. Фигура резко выгнулась, и из широко раскрытого рта полилось невыносимо яркое сияние. Я прикрылась руками, стараясь спасти глаза.
Через несколько секунд грохот смолк, ослепительный свет померк. Рядом с застывшим Филиппом, глядя снизу вверх, стояла обнаженная девушка с длинными, почти до пояса, волосами и тускло светящейся кожей.
Меня охватило странное чувство, смесь радости и благоговения. Сердце защемило от восторга, хотелось бухнуться на колени и молиться на призрачное создание. На долю секунды в голове промелькнула абсурдная мысль, что с небес в старый склеп спустился божественный ангел, а потом я поняла, что мы исцелили Силу Вестичей, представлявшуюся демоном! Теперь она явилась нам в истинном обличии!
Колдовское создание ласково провело кончиками пальцев по щеке Филиппа. Дотронулось до губ, погладило подбородок. Каждое прикосновение было пронизано нежностью и любовью. Сила явно скучала и жаждала вернуться к брошенному Хозяину.
Потом она резко развернулась, и я испуганно попятилась. Создание походило на меня как две капли воды – те же веснушки, прямой взгляд, обкусанные губы, нахмуренные светлые брови. На руке выделялись шрамы в виде латинских букв. Волосы в беспорядке разметались по плечам, прикрывая полушария грудей.
Через мгновение фигура мигнула, и соткалась из воздуха всего в полушаге. Мы смотрели глаза в глаза, и вдруг ангел метнулся вперед, сливаясь с моим телом. Внутри вспыхнуло пламя, точно внутренности выжигали кислотой. Застонав от нестерпимой боли, я повалилась на пол. Дыхание оборвалось, ладонь засаднило от пореза, как если бы законсервированное на минуту неприятное ощущение нахлынуло с тройной силой.
Время отмерло, а с ним и окружающий мир. Звякнул выроненный кинжал, оборвался голос Заккари.
– Господи, что произошло? – Филипп помог мне подняться.
– Она просто не вернулась к тебе!
– Что значит, просто?! – Раздраженно процедил Зак. – Как, в принципе, такое может произойти «просто»?!
– Не знаю! – огрызнулась я и громко всхлипнула. – Сам бы просил прощения у Силы, раз такой умный!
– Тихо‑тихо! Все хорошо. Мы что‑нибудь еще придумаем. Зак!!! – рявкнул он сжавшему кулаки брату. – Не стой столбом, заморозь ей порез!
– Да к черту порез! – заорал тот, в ярости отбрасывая бумажку с заклинанием. – Ты понимаешь, что это означает?!
– Не вмешивайся! – осадил блондина Филипп.
– Тогда флаг тебе в руки, герой чертов! – скрипнул зубами Заккари.
С гневной гримасой он грубо стиснул мое запястье ледяными пальцами. По коже пробежал холодок, зато боль в ладони немедленно утихла. Я шмыгнула носом и, глянув на блондина, совершенно неожиданно проникла в его воспоминания.
Вот он, невероятно красивый и отрешенный, раскинув руки, стоял в центре начертанной пентаграммы. Что‑то беззвучно бормотал под нос, кривил губы. Из разрезанной ладони бежала кровь, скатывалась по пальцам, срывалась крупными каплями на паркетный пол. А рядом росло пугающее существо, до странности похожее на человека…
Сознание ведьмака захлопнулось. Догадавшись, что его воспоминания украдены, парень жестко отбросил мою руку. Лицо замкнулось, брови сошлись на переносице.
– Пошли вы! – злобно бросил он и твердым шагом направился к каменной лестнице. – И не пяльтесь мне в спину! – Раздалось из темноты.
Я замерла в объятиях Филиппа, в голове молоточком стучала тревожная мысль: Заккари, что ты скрываешь? Какую глупость ты совершил?
Кто‑то осторожно погладил меня по щеке, и, вздрогнув, я открыла глаза. В темной спаленке было очень жарко. Сброшенное во сне одеяло скомкалось в ногах, простыни сбились, оголив матрац.
Рядом с кроватью на корточках сидел Филипп. Лицо тонуло во мраке, но, кажется, он улыбался.
– Господи, сколько сейчас время? – Сонно растерев глаза, я поморщилась – порез на ладони отозвался тягучей болью.
– Начало третьего. – Ведьмак выпрямился. – Вставай, ты должна кое‑что увидеть.
Недовольно замычав, я зарылась лицом в подушку, тем самым решительно отказываясь подниматься.
– Ты очень удивишься, – с улыбкой в голосе пообещал Филипп. – Просыпайся.
– Ладно, уговорил, – сдалась я. – Отвернись.
– Ну, хорошо. – Не смотря на то, что просьба и вызвала ироничный смешок, он все‑таки повернулся спиной. – Саш, если припомнить, сколько раз мы видели друг друга без одежды, то твоя стыдливость умиляет.
– Будешь ехидничать – выставлю в коридор, – вполне серьезно пригрозила я и перекатилась на другую сторону постели.
Ото сна тело плохо слушалось, а потому движения получались очень неуклюжими. Я подхватила с кресла джинсы и, натягивая их, едва не потеряла равновесие.
– Мне тут в голову пришла одна забавная вещь. – Прослушиваясь к возне и сдавленным ругательствам, Вестич по‑прежнему послушно разглядывал задернутые портьеры. – Ты даже не поинтересовалась, куда я тащу тебя в начале третьего утра.
