— Да потому что мы в последнем вагоне, — хмыкнула девушка, подталкивая Джастина плечом. — И здесь собрались вероятные лузеры. Все более сильные и умелые вскочили в начало состава. Чем дальше в хвосте поезда находишься, тем меньше твой вероятный показатель.
Джастин болезненно поморщился. Не очень приятно осознавать, что в самом начале инициации умудрился записаться в ряды потенциальных неудачников. Но с другой стороны, у них у всех еще будет достаточное количество времени, чтобы изменить ситуацию в свою пользу.
Дафни с интересом огляделась, и Джастин, немного пришедший в себя, последовал ее примеру. В вагоне кроме них находилось еще четверо парней и она девушка. Они настороженно присматривались друг к другу, не рискуя начинать беседу. Из Ковена Смирения никого не было. На двух парнях были одежды Ковена Истины, на девушке — туника Гармонии, а еще двое носили костюмы Умников. Джастина это нисколько не удивило. Он и не думал, что еще кто-то из Смирения рискнет менять Ковен, все Отважные определенно были в первых вагонах, а значит, здесь могли быть представители только этих Общин.
— Привет! — вдруг перебил размышления Джастина громкий голос Дафни. — Вы как?
Девушка обращалась к другим присутствующим в вагоне рекрутам, но ответом ей были только настороженные взгляды, и лишь один невысокий темноволосый парнишка в костюме Умника негромко произнес:
— Это какой-то кошмар!
— Они все определенно безумцы! — подхватила девушка из Гармонии, опасливо прижавшись к стене. — Так же нельзя!
Дафни засмеялась и немного приподнялась нас своем месте, чтобы увидеть, как за пределами состава мелькают крыши зданий.
— Это точно, — согласилась она. — Но именно поэтому мы и выбрали их.
Джастин молча согласился с Дафни. Каждый из рекрутов определенно искал что-то свое, перед тем как сделать выбор в пользу Отважных. Именно смелость и сила делали этот Ковен самым таинственным и благородным в общине. Многие дети Города мечтали стать такими же, как они, но лишь у немногих хватало мужества полностью изменить образ жизни, уйти от своих семей и попытаться влиться в ряды Отважных. Джастин гордился тем, что смог. И совершенно точно не собирался жалеть о содеянном.
Громкий крик от головы поезда ворвался в размышления Джастина и словно пружиной подкинул его вверх. Он подхватился со своего места практически одновременно с Дафной.
— Мы подъезжаем! — закричал кто-то, и Джастин округлившимися глазами смотрел, как те, кто находились в первых вагонах, начинают прыгать. Они с громкими криками соскакивали с поезда прямо на крышу оказавшегося внизу здания, которое было прочно скрыто от ненужных взглядов безжизненными остовами разрушенных небоскребов, и казалось, что между ними пустота. А на самом деле невысокое строение, примерно в два-три этажа, являлось слишком мелким для того, чтобы его можно было заметить без специальной концентрации внимания. Некоторые спрыгнувшие оставались лежать на земле, а некоторые перекатывались для того, чтобы снова оказаться на ногах. Они азартно махали руками оставшимся в поезде и что-то выкрикивали.
— Они хотят, чтобы мы прыгали… — истерически взвизгнула девочка из Гармонии, и Джастин замер, не совсем веря в происходящее. Несколько метров высоты вдруг показались ему непреодолимыми. Рядом шумно задышала Дафна. Времени на принятие решения почти не оставалось. Если они не спрыгнут и останутся в поезде, то уже через несколько часов станут Отверженными. Если прыгнут недостаточно далеко, то встретятся внизу с асфальтом в течение пары секунд. И тогда уж точно не останется ни страха, ни сожалений.
— Джастин! — закричала Дафна и, прежде чем он успел среагировать, сильно дернула его за руку, увлекая в прыжок.
Джастин мог бы поклясться, что он кричал. Дико, неестественно и как-то совершенно пронзительно. В его собственных ушах этот крик смешался с шумом ветра и такими же воплями, раздающимися со всех сторон. Время растянулось, замерло, давая прочувствовать этот полет каждой клеточкой тела. Джастину казалось, что он завис над землей, и единственной реальностью, за которую он цеплялся, была рука Дафни в его ладони. Но на самом деле Джастин не издал ни звука, преодолевая пустоту под собой. Сильный удар о землю мгновенно вернул сознание, словно перезагрузив объятый паникой мозг. Падая в неизвестность, Джастин инстинктивно постарался смягчить падение Дафни, потянув девушку на себя и приняв часть ее веса. Было чертовски больно. Казалось, что каждая косточка в теле Джастина пришла в движение, сместилась со своего места, а появившийся во рту медный привкус недвусмысленно свидетельствовал о том, что он прикусил язык.
Затихающий вдали грохот уносящегося состава слился с победными криками Отважных. У них получилось!
Оглушенный Джастин все еще пытался прийти в себя, когда прямо над его головой раздался крик.
— Все живы?
Нестройный хор голосов что-то ответил, но Джастин не разобрал, что именно. Он все еще не мог поверить, что спрыгнул. Что Дафна потащила его за собой.
