Линдси разговаривала с каким-то высоким парнем, стоящим спиной к залу. Джастин почему-то зацепился взглядом за короткостриженый темноволосый затылок. Он не видел лица этого парня, но что-то в его движениях — слишком грациозных для мужчины — притягивало взгляд к его фигуре, затянутой во все черное. Линдси рядом с ним вела себя расслабленно, на ее губах блуждала улыбка, и казалось, что эту парочку совсем не волнует происходящее в зале.
Джастин еле заметно улыбнулся. Друзья. Эти двое определенно были друзьями. Или даже больше… У самого Джастина никогда не было друзей, в их Ковене подобное не приветствовалось. Смиренные были Общиной, для которой все представители были равны, и воспринимали они друг друга как единый организм, а не как сообщество отдельных личностей. Джастин для них был просто сыном Дженифер и Крейга Тейлоров, о нем заботились, его любили, как и каждого члена Ковена — безликость в толпе была уделом всех Смиренных.
Линдси не была единственным представителем другого Ковена, с которым был знаком Джастин, но она была единственной, кто отнесся к нему с участием, пусть даже и таким своеобразным. Он испытывал странные чувства к ней, одновременно и благодарность за то, что не выдала его опасное положение, как дивергента, но в то же время и глухое раздражение, ведь она обрушила на него невероятный поток информации, ничего толком не объяснив. Высказала все и тут же бросила наедине с проблемой. И теперь Джастин совершенно не знал, что делать.
Тем временем Линдси, словно почувствовав, что на нее смотрят, взглянула вверх и встретилась глазами с Джастином. Тот вздрогнул от прямого взгляда, но не разорвал зрительный контакт. По спине вдруг прокатился теплый поток. Странный и непривычный. Джастин словно остолбенел, глядя на неподвижную Линдси среди бурлящей толпы сектора Отважных. Она не двигалась, сверля Джастина взглядом, словно вынуждая к чему-то. Ее губы шевелились, она что-то говорила стоящему рядом парню, и тот вдруг повернулся лицом к Джастину.
Сказать, что этот парень был красив, значит не сказать ничего. Джастин буквально замер, разглядывая его. Он никогда в своей жизни не видел таких людей. И дело было не только в прекрасном, надменном и каком-то замкнутом лице. Дело было в бешеной энергетике, исходящей от парня. Даже на таком расстоянии Джастин почувствовал его неимоверную силу, его почти животный магнетизм. Он возвышался над толпой, словно исполин. Черный, загадочный, зловещий. Казалось, что его совершенно не заботит происходящее, а мелкие рекруты, шумящие вокруг, не более чем временно раздражающий фактор. Его цепкий взгляд впился в Джастина, посылая мурашки по телу, но уже в следующую секунду парень отвернулся, презрительно скривив губы, а Джастин снова вынужден был лицезреть его широкую спину. Очевидно, он что-то сказал Линдси, потому что та вдруг засмеялась. Открыто и по-настоящему, запрокидывая голову и ударяя парня кулаком в плечо. И это почему-то задело Джас
тина. Нашли себе клоуна, над которым можно безнаказанно смеяться! А вот и нет! Они еще узнают…
— Молли Тейлор! — Громоподобный голос Джека Кинни заставил Джастина вздрогнуть, а Молли тем временем уже медленно спускалась к сцене. Джастин на мгновение замер, ожидая выбора сестры, но та со спокойной улыбкой порезала запястье церемониальным кинжалом и капнула кровью в чашу Смирения. Рядом ощутимо расслабились родители, на губах у Крейга расцвела гордая улыбка, но как только сестра вернулась на свое место, голос Мелани произнес:
— Джастин Тейлор!
Ноги будто налились свинцом. Джастин с трудом сделал первый шаг и стал спускаться по крутой лестнице туда, где его ждали представители Совета. Еще несколько минут, и все будет кончено. Господи!
Проходя мимо матери, Джастин ощутил мимолетное касание к плечу, и это придало ему уверенности. Его семья. Единственная. Другой нет. Грубоватый отец, нежная понимающая мама, сестра… он не должен сомневаться. Они все, что у Джастина есть.
Но перед тем, как достичь постамента с чашами, Джастин поднял глаза, чтобы встретиться с пытливым взглядом Линдси. Та просто заинтересованно приподняла бровь, а парень рядом с ней снова презрительно скривился.
По сердцу больно резанула эта насмешка. Отважные ведь никогда не сдаются? Никогда не сомневаются. И именно поэтому Джастин в глазах Линдси и ее спутника выглядел нерешительным ребенком. Слишком много сомнений. Много вопросов. Много страхов. Джастин хотел, чтобы тест дал ему ответ о будущем, но только вот сомневался, что рекруты Отважных сильно полагались на программу в своем выборе. Они, очевидно, знали о нем еще до того, как явились на церемонию, потому что еще ни один член Отважных не сменил Ковен. Хотя к ним пришло уже более пятнадцати новичков. Кто знает, возможно, им всем есть что доказывать, есть, что воспитывать в самих себе. И Бог свидетель, Джастину тоже есть.
