Важно указать, что «петлю Златоуста» ничто не ограничивает – ни государство, ни даже внутренние запреты. По сути, сребролюбию в нашем мире дается добро на бесконечное умножение, что ведет к страшным результатам, как личным, так и социальным.
IIНо каким же образом сребролюбие побеждает в историческом процессе? Дело оказывается в генезисе собственности. Вот целый ряд святоотеческих высказываний о «золотом веке».
Златоуст однажды замечает: «но в начале не было золота, и никто не любил золота» [VIII:441]. Другие святые отцы тему исторического возникновения собственности развивают более подробно.
Лактанций (III–IV в.), латинянин, всегда остро реагирующий на попрание справедливости, пишет:
«Любостяжание есть источник всех зол: оно происходит от презрения к истинному величию Божию. Люди, обилующие в чем-либо, не только перестали уделять другим избытки свои, начали присваивать и похищать себе чужое, будучи влекомы к тому собственною корыстью. То, что прежде было в общем употреблении у всех людей, начало скопляться часто в домах у немногих. Чтобы других подвергнуть своему рабству, люди стали собирать себе в одни руки первые потребности жизни и беречь их тщательно, дабы небесные дары сделать своею собственностью не для того, чтобы уделять их ближнему из человеколюбия, которого в них не было, но чтобы удовлетворять единственно своему любостяжанию и корысти. После того, составили они себе самые несправедливые законы под личиною мнимого правосудия, посредством которых защитили против силы народа свое хищничество».
Василий Великий: «…таковы точно и богатые. Захватив всем общее, обращают в свою собственность, потому что овладели сим прежде других».
Интересно, что ту же мысль высказывает и святитель Григорий Богослов – поэт, который, казалось бы, далек от экономических проблем:
«По крайней мере представили бы они (богатые – Н.С.), что бедность и богатство, свободное, в обыкновенном смысле понимаемое, состояние… в последствии времени появились в роде человеческом и, как некоторые недуги, вторглись вместе с неправдою, которая и изобрела их. Сначала же было не так… Свобода и богатство (раньше – Н.С.) заключались единственно в соблюдении заповеди; а истинная бедность и рабство – в преступлении оной; но с того времени, как появились зависть и раздоры… с того времени расторглось родство между людьми, отчуждение их друг от друга выразилось в различных наименованиях званий и любостяжании, призвав и закон на помощь своей власти, заставило позабыть о благородстве естества человеческого – ты же смотри на первоначальное равенство прав, а не на последовавшее разделение; не на законы властителя, а на законы Создателя».
То же утверждает Амвросий Медиоланский:
