– Но не мне. Понимаешь, Ника, у меня в семье распределение ролей было четкое. Отец строил дом, занимался добычей денег, а мать – уютом и детьми. С детства я терпеть не могу чересчур независимых богатых дамочек. Вот у тебя, например, вполне женская профессия, учишь детей. К тому же можешь много времени сыну уделять. Но не скучно вбивать знания в тупые головы?
– Дети – совсем не тупые, тем более – в нашей гимназии. И если приложить немного выдумки, можно увлечь детей своим предметом.
– Как, например?
– Например, с 5-м классом мы сцены из «Повестей Белкина» читали по ролям. Проблема в том, что это не пьесы, а повести. Но дети увлеклись театром, не так уж и мешало восприятию, что текст идет в третьем лице.
– Прости, что, в каком лице?
– Вот из «Барышни-крестьянки». «Мисс Жаксон, выслушав извинения Лизы, подарила ей коробочку белил», – это читает одна девочка. А вторая завершает фразу: «…совершенно ей ненужную, которую та приняла с изъявлениями горячей благодарности».
– Красивый слог у Пушкина! Я и забыл. Надо перечитать.
– «Сами тащимся», как говорят дети. Хотя сценки маленькие, но весь класс охвачен, некоторые «актеры» ещё и прически делают и даже костюмы находят. Главное, что материал усваивается прочно. А с 9 классом мы завели чат, где персонажи из «Евгения Онегина» общаются на современном языке.
– Это как?
– Жека О. пишет Бедной Тане: «Ты пошто меня игноришь? Ответь в личку!» В переписку вмешивается Гремин-Гоблин: «Жека, заясняю, если чо, Онегин, я скрывать не стану, безумно я люблю Татьяну, она – мой краш».
Марк захохотал, запрокидывая голову, машина вильнула.
– Так они совсем разучатся говорить нормально.
– Нет, представь, они изучают пушкинский текст более тщательно, их речь обогащается на подсознательном уровне. А в 10 классе ребята рисовали иллюстрации к изученным произведениям.
За разговорами Ника даже не заметила, как Марк подвез её к самым воротам базы. Он умчался по своим делам. А она свалилась на голову своих подчиненных ни свет, ни заря. Всем «досталось на орехи», и недаром. Охранники вдвоем пили чай в её бывшей комнате, в то время как они поочередно должны дежурить на воротах. Посудомойка опоздала на полчаса, да ещё и бросила в духовке немытый противень. Уборщица оставила ведро с водой на проходе, где об него могли запнуться идущие на завтрак постояльцы. Только Катя была на высоте. Энергичная, крепко сбитая фигурка, сновала по кухне в белом халате, белоснежной кулинарной шапочке и чистом фартуке в крупных цветах. «Голубоглазая красавица-матрешка», – вспомнила Ника своё первое впечатление. В кухне все кипело, шкворчало, и восхитительно пахло. Завтрак был готов. При виде Ники, круглой доброе разрумянившееся лицо поварихи озарилось искренней улыбкой, отчего проявились многочисленные морщинки, показывая её немалый возраст. Катя радостно приветствовала Нику и предложила испробовать гречневой каши и сырников.
«Лесная поляна» в первый момент неприятно поразила Нику пустым местом на месте роскошного зала над водой. За легким заборчиком из строительной сетки на берегу лежали стройматериалы, купленные Игорем так рано даже не из-за скидки, а чтобы замаскировать места взрыва от гостей. Кафе теперь заменила небольшая столовая в зимнем корпусе, гостей кормили по графику. Все жилые комнаты были заняты сейчас и забронированы до середины сентября.
За сентябрь Ника не волновалась, Игорь будет сам всем заниматься, попутно со стройкой, а сейчас ей даже сеть было негде. Стол Ники поставили к стенке в кладовой при кухне, в уголке у самой двери перед стеллажами с крупами и консервами. Ника потребовала развернуть его, чтобы дверь была сбоку, а не за спиной, забрала своё удобное кресло из комнаты охранников. Одежду из стенного шкафчика забирать было некуда, только убедилась, что ничего не пропало, есть что надеть и в дождь и в жару. «Ничего, компьютер вернули, работать можно». Она села за свой рабочий стол, погладила руками подлокотники кресла, открыла на компьютере файл-блокнот. Как же хорошо, что она смогла вернуться на работу! Почему-то она думала, что мало будет желающих пожить на базе отдыха после взрыва. Разве что любители острых ощущений. А эти гости, заказавшие летний отдых ещё в феврале-марте, вели себя так, как будто и не слышали ни о чем. И хорошо, потому что у Ники есть эта работа.
Что же она хотела увидеть в своих записях? Что такое встревожило её до взрыва?