164) Euphues. The Anatomy of Wit. London 1579. Года три тому назадъ романъ Лилли былъ прекрасно изданъ Арберомъ въ его коллекціи English Reprints. Вотъ вкратц содержаніе романа, которое мы передадимъ по возможности словами подлинника, чтобы читатели могли составить себ понятіе о манер изложенія Лилли, приводившей въ такой восторгъ его современниковъ. Нкогда въ Аинахъ жилъ молодой человкъ, по имени Эвфуэсъ. Природа и фортуна щедро надлили его всми благами, которыя составляютъ зависть многихъ; въ особенности же онъ славился своимъ остроуміемъ, былъ мастеръ говорить остроумныя сентенціи, изящныя фразы, тонкія насмшки и веселыя шутки. Но такъ какъ на земл нтъ ничего совершеннаго, то и нашъ герой имлъ одинъ недостатокъ, причинившій ему много горя, а именно — легкомысліе. Наскучивъ однообразіемъ аинской жизни и увлекаемый своимъ легкомысліемъ, Эвфуэсъ безъ сожалнія оставилъ своихъ родныхъ и друзей и отправился странствовать по блу свту. Онъ прибылъ въ Неаполь — городъ, по всмъ признакамъ боле похожій на алтарь Венеры, чмъ на храмъ Весты — и ршился основать въ немъ свое мстопребываніе. "По той же причин, (говоритъ авторъ), по которой рзвйшая изъ рыбъ попадается на самую лучшую приманку, высоко парящій орелъ попадается въ разставленныя ему сти, по той же причин и самый остроумный человкъ не можетъ упастись отъ обольщенія". Поселясь въ Неапол, Эвфуэсъ велъ разсянную жизнь въ обществ веселыхъ товарищей и предавался всевозможнымъ удовольствіямъ. Впрочемъ онъ не былъ ни съ кмъ особенно друженъ, и не только не вступалъ въ откровенные разговоры съ своими знакомыми, но даже въ отвтъ на самые простые вопросы, въ род того: откуда онъ родомъ и чей онъ сынъ, пускался въ длиннйшую контроверсу о томъ, чей онъ не сынъ и проч. "Я — говоритъ онъ — могу бражничать съ Александромъ, быть воздержнымъ съ Ромуломъ, пировать съ Эпикуромъ и поститься съ стоиками и т. п." Такая изворотливость и остроуміе Эвфуэса приводили въ восторгъ его собесдниковъ и возбудили къ нему участіе въ одномъ джентльмэн почтенныхъ лтъ, по имени Эвбулус. Боязнь, чтобъ разсянная жизнь не погубила въ конецъ юношу, дала ему смлость обратиться къ Эвфуэсу съ непрошеннымъ предостереженіемъ. Разговоръ, происшедшій между ними по этому поводу, можетъ служить прекраснымъ образчикомъ Эвфуизма. "Молодой человкъ (такъ началъ Эвбулусъ), хотя мое знакомство съ вами слишкомъ мало, чтобъ я имлъ право просить васъ, а мой авторитетъ еще меньше, чтобъ я имлъ право приказать вамъ, тмъ не мене мое доброе желаніе дать вамъ совтъ должно побудить васъ поврить мн, а мои сдые волосы — встники опытности — заставить васъ послушаться меня, ибо чмъ боле я вамъ чужой, тмъ боле вы должны быть мн обязаны. Подобно тому какъ ваше рожденіе носитъ на себ точный и ясный отпечатокъ благородной крови (bloud), такъ ваше воспитаніе кажется мн большимъ пятномъ (blotte) на родословной столь благороднаго существа, почему я принужденъ думать, что или у васъ не было никого, кто бы вамъ могъ дать добрый совтъ, или ваши родители своимъ баловствомъ сдлали васъ легкомысленнымъ; или они были слишкомъ неблагоразумны, оставляя васъ безъ наставленія; или они желали видть васъ лнивымъ, или вы сами пожелали остаться нерадивымъ. Разв ваши родители не знали, что дтскій возрастъ походитъ на воскъ, способный принимать какую угодно форму? Кто, подобно Милону, хочетъ поднимать быка — долженъ пріучиться носить его теленкомъ; кто хочетъ имть прямое дерево не долженъ гнуть его, когда оно еще втка. Подобно тому какъ раскаленное желзо принимаетъ подъ ударами молота любую форму, которую оно, остывши, сохраняетъ навсегда, точно также и нжный умъ ребенка, если ему съизмала внушатъ любовь къ прилежанію, сохранитъ это качество и въ зрломъ возраст". За тмъ, переходя собственно къ Эвфуэсу, старикъ обрисовалъ ему самыми мрачныии красками ту бездну нечестія и разврата, въ которую онъ неминуемо погрузится, если не измнитъ своего образа жизни. "Ахъ, Эвфуэсъ, — сказалъ онъ — чмъ боле я любуюсь высокимъ пареніемъ твоихъ способностей, тмъ боле я страшусь твоего паденія, ибо нжный кристаллъ разбивается скоре, чмъ твердый мраморъ, зеленый букъ сгораетъ скоре, чмъ самый сухой дубъ, а изъ сладчайшаго вина выходитъ кислйшій уксусъ" и т. д. Рчь Эвбулуса, занимающая въ подлинник нсколько страницъ, была выслушена Эвфуэсомъ съ замчательнымъ терпніемъ. Не желая остаться въ долгу, онъ отвчаетъ на сравненіе сравненіями, на антитезы антитезами, обнаруживая при этомъ такую ученость, такое знакомство съ классической миологіей и средневковыми бестіаріями, что уничтоженный Эвбулусъ не знаетъ, что ему сказать въ отвтъ и разстается съ Эвфуэсомъ съ глубокой печалью, какъ бы предчувствуя неминучую гибель молодаго человка.
