– Мне очень-очень хотелось хоть раз в жизни побывать в Храме, – сказала она, прямо глядя в глаза матери. – Вот я и упросила…
– Подождите, – растерялась Ирис, – уж не хочешь ли ты сказать…
– Нет, мам, ты не так поняла, – улыбнулась Осока. – На Корусант мы мотались не ради Эрдени. Просто только там нашлась внутренняя лоция на эту систему. Кто-то стёр её, понимаешь? Как Камино. Её и ещё три. А старые версии в остальных библиотеках давно перезаписаны.
– Фу, а я было решила…
Эрдени облегчённо вздохнула, убедившись, что санкции за проступок ей уже не грозят. Ирис, от души посмеявшись над недоразумением, спросила:
– А как вы из четырёх выбрали именно эту систему?
– О, это Алекс предложил, – ответила Осока. – У неё единственной не было названия, только номер. То есть, осваивать её не начинали, а почему-то поспешно засекретили. Значит, она и есть наиболее интересная.
– Резонно. Мне особенно понравилось название, которое вы ей дали, – заметила Ирис. – Тоже твоя идея, Алекс?
– Моя, – кивнул я.
– Да, я так и не спросила, что оно означает, – спохватилась Осока. – Мам?
Ирис только молча улыбнулась. Заподозрив неладное, моя подруга развернулась к стене, включила под ближайшим экраном виртуальную клавиатуру и набрала поисковый запрос.
–
– Пять баллов! – захихикала Эрдени. – Наконец-то ты не сможешь отрицать, что ты – звезда! Ай! А всё равно, вот!
Её «ай» относилось к воспитательному шлепку пониже спины, полученному от Осоки. Я хотел было сказать, что детей пороть непедагогично, а тем более – великовозрастных девиц с пятью курсами университета за плечами, но решил не вмешиваться во внутрисестринские разборки.
При ближайшем изучении каменного кольца сканеры обнаружили внутри его стенок четыре полости. Три располагались в утолщениях, заметных снаружи, равномерно вдоль кольца с интервалом сто двадцать градусов окружности. Из них шло слабое, но уловимое детекторами нейтринное излучение. Четвёртая, менее габаритная, находилась между одной из пар крупных полостей. Напротив неё со стороны «обода» кольца дройд-зонд и увидел причал. Он имел грубо-овальную форму и смотрел в космос тёмным провалом люка-колодца.
– Нестандарт, – заметил Базили.
– Как раз наоборот, – возразила Осока. – Стандарт. Но не наш, ракатский.
– Получается, эту штуку создали раката? – спросила Эрдени.
– Вот уж сомневаюсь, – покачал головой механик. – Скорее уж, припаяли свой переходник. Если я что-нибудь в чём-нибудь понимаю, то сооружение больше всего напоминает гиперврата расы
– Вопрос, куда они ведут, – молвила Рати. – И ведут ли куда-то. У гри все врата были связаны парами. Разрушатся одни – вторые становятся бесполезны. Эти, похоже, не функционируют.
– Могут быть просто выключены! – донёсся через комлинк голос профессора Навина Вайгу. – Реакторы в остальных полостях явно живы, находятся на холостом ходу. Предлагаю послать дрон внутрь и осмотреть полость. Там может находиться система управления или, по крайней мере, выключатель.
«Праулер» углубился в переходной отсек и сразу же сделал два открытия. Во-первых, на срезе овального люка работала силовая стенка. Во-вторых, внутри был воздух и гравитация. Воздух состоял из чистого, без примесей, аргона. Гравитация составляла восемь десятых стандартной. Металлическая часть коридора закончилась, так толком и не начавшись. Голокамеры дрона показали накрытые ракатским переходником странные механизмы, впрочем, их причудливые формы не помешали догадаться, что они покорёжены и обломаны. Короткий коридор с гладкими каменными стенами, пара конструкций, несомненно, представляющих собой внушительных размеров гермодвери – и летающая камера оказалась в помещении, которое, вероятно, являлось залом управления. Или залом заседаний. Или трапезной, у кого на что хватит фантазии.
Посовещавшись, руководство решило принять дополнительные меры предосторожности. Сначала к кольцу-вратам подошла «Радуга», выдвинула переходную галерею и высадила внутрь дройда-«Стражницу» по имени Гамма. Та обошла зал, прикасаясь к предметам и стенам в разных местах. Ничего не произошло. Только тогда к переходнику причалил «Хелси». Пограничники в броне ещё раз осмотрели помещения. Источников энергии или химических веществ, дающих повод заподозрить наличие подрывных зарядов, обнаружено не было. После этого, надев дыхательные маски, в зал вошла научная комиссия. В её состав включили обеих дам-историков и Осоку, как побывавшую на Ракате. Вайгу зачем-то пригласил и меня, наверное, просто из вежливости. А Эрдени вообще сделала вид, что так и надо, и пошла без приглашения.
