– Вот эту попробуй, – предложил Сакис, указывая на левую кнопку верхнего ряда с шестиугольником же внутри.
– Нет, этот стирает.
– А чёрную справа?
Тихонько немелодично звякнуло, будто разбился стеклянный осколок, панель-экран побелела, и всё исчезло, вновь остался пустой курсор. Ясно, это, очевидно, кнопка «ввод». Иан, разговаривая сам с собой, попытался расшифровать верхний, служебный, как выяснялось, ряд. Наклонные линии, видимо, заменяли стрелки, но нажатие стрелки вправо ничего не дало. Пустой шестиугольник в самой левой позиции уничтожал не последний набранный значок, а весь символ.
– Ну, значит, вторая справа, перед вводом, – подсказал Базили.
Символ на клавише был непонятен, но она сработала. Дальше дело пошло быстрее. Следующий, более простой иероглиф. Третий, снова сложный, из пяти элементов. Четвёртый. Остальные, затаив дыхание, следили за манипуляциями механика. Иан ради интереса понажимал «стрелки», они, действительно, позволяли передвигаться с иероглифа на иероглиф. Введя пятый символ, из двух значков, бреганец чуть помедлил и надавил ввод. Музыкальный звон. В углу панели возник оранжевый иероглиф. А каменная плита стола внезапно словно бы подёрнулась рябью, и в её глубине возникла знакомая схема. Карта Галактики, наполненная мириадами цветных точек звёзд. Все присутствующие вздохнули одновременно.
– Как ты догадался? – изумилась Рати.
– Видишь ли, мне показалось примечательным, что вот эту и эту сентенцию ракаты пометили акцентом.
– А, знак интонационного усиления. Да. Я тоже заметила, что рядом с…
– Не «рядом», а «перед» и «после», – поправил бреганец, – понимаешь меня? Это-то меня и натолкнуло. И смысл какой подходящий!
– Время летать. Время уходить, – процитировала твилека. – Иан Кудра, ты в курсе, что ты гений?
– На самом деле, я всего лишь подумал, что здесь и не должно быть какого-то сложного пароля, – скромно потупился Иан. – Скорее, проверка на разумность и умение писать на языке создателей Врат.
Я тем временем смотрел на карту Галактики. Она показалась мне какой-то тусклой, выцветшей, что ли. Возможно, древняя голография от времени утратила яркость?
– Что теперь? – спросил я. – Как увеличить масштаб? Или предлагается попасть в звезду пальцем этой лапы?
– Не попробуем – не узнаем, – небрезгливая, подобно всем джедаям, Осока, взялась за металлический кронштейн, на котором крепилась мёртвая кисть. И попыталась указать ей на одну из звёздочек с краю схемы, хотя достала бы и до центра, диаметр стола не превышал двух метров. Результат превзошёл ожидания. Осока невольно отшатнулась, когда изображения звёзд буквально брызнули из плиты вверх и повисли над ней, образуя замысловатый трёхмерный узор.
– Вот тебе и увеличение, – сказала Осока. – Стоп, куда??
Звёздный узор вдруг свернулся и ушёл внутрь плиты.
– Не торопись, – поднял руку Навин Вайгу. – Давай проанализируем, что произошло.
– Я наклонилась, и, видимо, попала головой в область проекции. А ещё оперлась на край.
– Что-то из этих действий и закрыло схему. Открой снова и попробуй коснуться стола.
Осока так и сделала. Ничего не произошло, звёзды спокойно висели над плитой.
– А, немного не так, пальцем я… – она слегка сдвинула пальцы с серого бортика по периметру. Как только подушечки дотронулись до слабо блестящей, как вода, поверхности, схема вновь свернулась.
– Может быть, и открывать можно без этого шаманского манипулятора, просто рукой? – задумчиво сказал Базили. Указал пальцем другую звезду – над плитой послушно развернулась увеличенная схема.
– Да, смотри-ка, слушается.
– Неужели мы – потомки хозяев этого агрегата? – изумилась Эрдени.
– Думаю, всё проще, – покачала головой Дэя Р’Валуси. – Видимо, строители Врат, как и большинство из нас, здесь присутствующих, были приматами. Раката, которые делали перевод текстов – земноводные. Видимо, их руки не подходили, вот они и отрезали конечность какой-то несчастной обезьянке.
Тут же провели эксперимент. Зелтронка оказалась абсолютно права. Икхилар Ан’Кди и Натуа Хисс к приматам не относились. И могли трогать плиту сколько угодно – на их руки она никак не реагировала. А на прикосновение пальца Рати откликнулась с некоторой задумчивостью, словно не могла решить, правильное ли существо пытается ею управлять.
– Достаточно, – подытожил Вайгу. – Подробную статистику наберём потом. Попробуем открыть конкретную систему.
Стоявшая между ламп-колонн Дэя невольно ахнула, когда прямо за её спиной разверзлась пустота. Конечно, на самом деле это была всего лишь голографическая проекция. В центре – двойная звезда, вокруг неё на пунктирных кольцах орбит несколько планет. Поверх всего этого на переднем плане медленно пульсировал белый иероглиф, то становясь ярким, то делаясь почти прозрачным.
– Непонятно, – сказала Ирис. – В любом случае, можно попробовать другие.
– Мне весьма интересно, отчего отдельные звёзды имеют повышенную яркость, – заметил Ан’Кди. – Обратили внимание?
