Я отвела взгляд в сторону, стараясь отыскать то, что привлечет мое внимание, и Тайлер не сможет разглядеть на моем лице боль.
— Но, когда я рядом с тобой, Элли… неважно по какой причине. Не важно, что ты сделала, чтобы меня разозлить или оттолкнуть. Не могу объяснить. Не могу избавиться от своих чувств. Иногда мне этого очень хочется. В моей семье весьма гордые мужчины, но я не первый, кто дрогнул перед женщиной и был не в силах от нее уйти.
— Ты должен… от меня уйти.
Он усмехнулся.
— Думаешь, я этого не знаю? Ты ведь женская версия меня самого.
Я посмотрела на него снизу в верх, довольная его признанием.
— Когда ты сегодня появился, я стала гораздо счастливее, чем была уже давно.
Он не стал колебаться, взяв мое лицо в свои ладони. Наклонился ближе, но я отстранилась.
Он наморщил лоб.
— Ну, что? Что не так?
Глаза начало жечь, когда я сжала в кулаки его рубашку.
— Я тебе уже говорила. Говорила сотни раз. Я испорчена. Снова пью. Даже на работу ношу кофе с алкоголем.
Он пожал плечами.
— Значит, мы начнем сначала.
Снова это слово.
— Все не так просто. Я не смогу справиться с отношениями.
Тайлер посмотрел мне в глаза, а потом вырвал у меня свою рубашку и отошел, сцепив руки на голове и тяжело дыша.
— Я знаю, что я сволочь, — продолжила я. — Ты этого не заслуживаешь. Я пыталась тебя предупредить.
— Насчет чего? — заорал он, вытянув перед собой руки. — Что с тобой будет так замечательно? Удивительно наблюдать, как ты отказываешься от своей жизни и надрываешь задницу в надежде, что сестра заметит через полмира? Или может предупреждала, что с тобой я буду смеяться как самый настоящий идиот?
Рукавом я вытерла предательски сбежавшую слезу.
— У тебя все это может быть с любой нормальной милой девушкой.
— Я не хочу нормальную, Элли. Я хочу тебя, — рявкнул он.
Смешок соскользнул с моих губ, но улыбка быстро увяла.
— Я предупреждала, что тебе будет плохо. Ты слишком хороший, чтобы быть рядом с такой как я.
— С такой как
— Не смешно.
— Нет! Не смешно! Твою мать, Элли, я стою перед тобой, говорю, что хочу быть всегда рядом, и ты тоже этого хочешь. Знаю, что хочешь. Твои отговорки не имеют никакого смысла.
— Они и не должны иметь для тебя смысл.
Он хохотнул на выдохе.
— Все это время я считал тебя мазахисткой. А ты, оказывается, чертова садистка.
— Я предупреждала! — Вспыхнула я.
— Ты не предупреждала, что я нахрен влюблюсь в тебя! — На шее Тайлера вздулись вены, он положил руки на бедра, стараясь отдышаться.
— Что? — подавилась воздухом я.
— Ты слышала, — зарычал он. Гнев моментально испарился из его взгляда, заменившись раскаянием.
— Я пыталась держаться от тебя подальше, Тайлер. Очень пыталась. Не хочу тянуть за собой на дно.
— Слишком поздно! — Сорвался он. И потер лоб. — Я пришел сюда не ради ссоры, — утомленно заметил он. — Я так устал пытаться возненавидеть тебя.
Его слова сильно ранили, поселив боль глубоко внутри меня. Я едва могла сформировать слова.
— Тогда зачем?
— Чтобы увидеть тебя, — ответил он, почесав затылок. — Должен был увидеть.
Я снова потянулась к нему, на этот раз медленнее, осторожно приближаясь. Руки Тайлера так и остались на бедрах, глаза смотрели куда угодно, только не на меня. Я притянула его ближе, скользнув руками по его бокам, обнимая за талию и прижимаясь щекой к груди. От его тела исходил жар, кожу покрывала тонкая пленка пота. Я вдохнула в себя его аромат, понимая, что стоит мне уступить, мы бы стали чуть меньше ранены, меньше разбиты, но я застряла между собственным эгоизмом, чтобы его отпустить и раскаянием, чтобы позволить нам зайти слишком далеко.
Дверь в «Теркс» открывалась и закрывалась в устойчивом ритме. Люди молча и с любопытством проходили мимо. До этого момента я и не замечала, что мы собрали небольшую аудиторию. Тайлер вел себя так, словно кроме нас в переулке никого не было.
— Рада, что ты пришел, — призналась я.
Тайлер стоял, не шелохнувшись, с тех пор как я прикоснулась к нему, руки мужчины неподвижно висели по бокам. Спустя несколько секунд он все же обнял меня в ответ.
— Уверена?
— Я скучаю по своему другу.
Его грудь поднялась и опустилась, когда он вдохнул и выдохнул, отпуская то, за что держался.
— Твой друг.
— Знаю. Понимаю, как это эгоистично, — я зажмурилась.
— Похоже, мне придется брать, что дают. — Я не видела его лица, но голос звучал опустошенно.
— Обещаешь?
Он погладил мой затылок, поцеловал макушку.
— Нет. Не обещаю. Ни хрена, Элли. Не хочу я быть просто другом.
Я сделала шаг назад, разволновавшись.
— Ага. Понимаю. В смысле… разумеется. Кто захочет после… Глупо было просить о таком.