Последние годы продвинули проблему небоскребов в новую плоскость. Это нашло выражение в связи с конкурсом, объявленным газетой
Но особенную значительность имеют те предложения архитекторов, которые затрагивают саму конструкцию. Для того же чикагского конкурса Бруно Таут предложил проект небоскреба, в котором ребра четырехгранного параллелепипеда с половины высоты переходят в пирамиду, так что силуэт здания напоминает артиллерийский снаряд. Таут объяснял мне эту форму тем, что в башенных домах, благодаря их постоянному качанию и сотрясениям, все инсталляционные трубы и вертикальные каналы лифтов постоянно портятся, трещат и непрерывно должны ремонтироваться, он же своей формой достигает наивысшей жесткости конструкции.
Второе предложение архитектора Миес ван дер Роэ[178]. Он сводит всю конструкцию к центральному столбу с нанизанными на него платформами этажей; из этих цилиндров он составляет свой небоскреб. Это один из примеров последовательной консольной конструкции.
Во Франции проект целой аллеи небоскребов делали братья Перэ[179]. Подход совершенно декоративен – нечто в духе последней Парижской выставки. Ле Корбюзье в своем проекте современного города ставит 60-этажные небоскребы как жилые дома. Они схематично намечены, но характерны своим крестообразным планом. Соваж[180] проектировал целый квартал с пирамидально отступающими назад этажами, так чтобы плоские крыши использовать как тротуары.
Сейчас проблема небоскреба занимает и наш Союз, и кое-что по этому поводу проскальзывало в печати. Очень серьезную проблему строительства Москвы (жилые кварталы из 15-этажных блоков) ставит на обсуждение, напр., П. Гаевский в № 3 «Известий». У нас есть основания быть уверенными, что в этой области наша молодая архитектура имеет что дать нового.
Возвращаясь к вопросу конструкции, мы видим, как с железным скелетом начинает конкурировать железобетонный. Америка уже пробовала строить в железобетоне дома до 20 этажей. Но экономическая граница достигает лишь 10 – выше этого он становится дороже железной рамы. При постройке первой фабрики Форда железобетонная рама была впервые совершенно обнажена и всё пространство в ней застеклено.
Железобетонная рама пластичней стальной. Принципиально ей можно передать любую форму, и в этом ее опасность. Она массивней и объемней, и затем к горизонтально-вертикальному членению она добавляет элемент диагонали.
Итак, мы сегодня имеем для конструкции высоких домов две системы: стальную раму и железобетонную. Сама же проблема этого строительства – это проблема роста современного города, проблема концентрации учреждений, проблема централизации административной, хозяйственной и распределительной деятельности. Но сейчас выступает новый мотив строить вверх. До сих пор рабочий процесс в производстве развивался главным образом по горизонтали, статически. Отдельные части сырья и полуобработанного материала передавали из рук в руки, затрачивая на это живую механическую силу. Америка для этой цели впервые начала использовать силу тяжести, падения. Чикагские бойни, например, где животное колется в верхнем этаже и оттуда, падая собственным весом из этажа в этаж доходит вниз уже в консервной банке. Эту же силу использовал отчасти и Форд в своем беспрерывно текущем производстве. Уже обсуждается вопрос о том, чтобы фабрики строить небоскребами: материал передается сразу в самую высокую честь здания, и оттуда, двигаясь вниз, благодаря падению, скольжению и пр., он проходит все стадии обработки. Каким образом наилучше использовать силу тяжести для рационализации производства, это надлежит разрешить инженеру, но архитекторы делают уже конкретные предложения самого типа здания. Так, А. Литтман (Германия) предлагает строить фабрики башенного типа с круглым планом[181].
В центральной части, внутреннем кольце, должны помещаться подъемники, лестницы, бюро и служебные помещения. Эта часть разбита на этажи. Само же производство должно разворачиваться в наружном кольце со ступенчатым, а не этажным делением, чтобы не прерывать действия силы тяжести. Ясно, что такие новые типы сооружений потребуют большой изобретательности и от инженера, и от архитектора.