Эль Лисицкий. Обложка книги «Архитектура ВХУТЕМАСа». 1927
Являются ли все эти свойства совершенно новыми, небывалыми или в созданной до нашей индустриальной эпохи материальной культуре имеются соответствия этим формам и эстетическим моментам?
Мы знаем, что человек, его общественные отношения, его быт, предметы его быта – это одно единство. Мы можем сказать, что и вещи имеют свою биологию. Как и живые организмы, они растут по своим законам естественного отбора. Поэтому и сегодняшние предметы мебели имеют своих предков в прошлом. С этой точки зрения для установления возможных параллелей художественным свойствам и качествам мебели можно сделать небольшую экскурсию в историю. Здесь, к сожалению, перед нами становятся преграды. Благодаря тому, что буржуазная эстетика занималась лишь уникумами, лишь произведениями гениев, музеи собирали, сохраняли и публиковали лишь исключения. Общая же история материальной культуры не производила эстетических оценок и не собирала бытового материала с формальной точки зрения. Нас занимают художественные качества именно массовых вещей, потому что, удовлетворяя утилитарным потребностям, они, проходя через фильтры естественного отбора, оформлялись и со стороны эстетической. Поэтому нас здесь должна занимать обстановка и мебель, обслуживавшая не дворцы, церкви и аристократию, а мебель простого народа, общегражданская мебель.
Задача определения формальных требований к мебели – это задача создания новых эстетических канонов, т. е. законов, общих для всего нового формотворчества. Мы только вступили в эпоху строительства социализма, и мы только начинаем накоплять производственный опыт новых вещей. Мы можем поэтому лишь наметить в общих чертах, согласно нашей идеологии и нашему опыту, те моменты, которые, безусловно, должны содержаться в вещи, чтобы она производила на наши чувства определенное воздействие:
а. Выразительность тектонической структуры.
Каждый предмет мебели, обслуживая определенную бытовую потребность, должен выдерживать ряд напряжений. На него действуют вес, тяжесть. Эти силы производят на разные части предмета действия: сжатия, растягивания, изгиба, скручивания, скалывания. Эти все силы должны быть приведены не только в технически-статическое равновесие, но сделан такой отбор форм, чтоб они и на нашу психику производили уравновешенное впечатление, чтоб они были сбалансированы. Форму, в которой это равновесие имеет свое выражение, мы называем тектонической…
Выразительность тектонической структуры предмета мебели требует, чтоб поддерживающие, поддерживаемые и ограждающие элементы были приведены в равновесие, создающее ясную однозначную систему, выражающую целевое назначение предмета соответственно качествам и свойствам употребленного материала.
б. Выразительность объема, сочетания объемов и пространственная профилировка.
В мебели нам приходится иметь дело с закрытым телом, с полным объемом (шкаф). Назовем его + (положительным объемом). И с открытым телом, со сквозным объемом (табурет). Назовем его – (отрицательным объемом).
Контраст + и – создает выразительный объем. Раньше объем трактовали как фасад (шкаф, буфет). Мы стремимся разложить объем на составные части по функциям, для того чтобы сочетать, сложить их в выразительное пространственное единство.
В старой мебели объем сцеплен в одно целое посредством украшений, профилей, плинтусов, карнизов. Задача современной формы охватить весь предмет единым трехмерным профилем, пространственным контуром. В старой мебели композиционный центр определялся осью симметрии, которая в свою очередь была связана не с назначением предмета, а с его декоративным положением в помещении.
В новой мебели функционально значительный объем определяет композиционный центр.
Выразительность объема предмета мебели требует, чтоб композиционный центр определялся функцией вещи, открытые и закрытые части должны быть построены на единстве контрастов, и целое схвачено ясным пространственным контуром.
в. Требования масштабности.
Предметы мебели связаны с величинами человеческого тела и с величинами предметов, которые они должны хранить, т. е. опять-таки с размерами человеческого тела. Человек – мера всех вещей. В формах предметов мебели это соотношение, этот масштаб должен быть ясно выражен.
Неверный, ложный масштаб имеет шкаф, имитирующий дом, всё равно какого стиля – барочного или «конструктивистического», т. е. когда мы смотрим на него, не можем определить его настоящего размера, который таким образом представляет не самого себя, а как бы модель чего-то другого…
Художественные качества предмета мебели требуют соответствия оптического масштаба абсолютной величине вещи в целом и отдельных частей между собой.
г. Пропорции и модуль.