– Похоже, ты скучала по мне. – Он сдвигает мои трусики в сторону и прикладывает палец к моей вагине. – Правда, мой ягненочек?
Я киваю, кладу руки ему на грудь и скольжу ими вниз, пока они не достигают его паха.
– Хорошо, – шепчет он, а затем прижимается своими губами к моим, одновременно погружая палец глубоко внутрь меня. – Здесь? Или дома?
Судя по его голосу и тому, как тверд его член под моей ладонью, вариант с домом нравится ему не больше, чем мне.
– Здесь, – шепчу я, не совсем веря в то, что говорю.
Михаил хватает меня за бедра и приподнимает. Я обхватываю его ногами за талию, обвиваю руками шею, осыпая ее поцелуями, пока он идет к женскому туалету слева. Быстро осмотрев кабинки, он запирает дверь и несет меня к широкой мраморной стойке с раковинами.
Я ерзаю, когда голая кожа моих ягодиц соприкасается с холодным камнем, но неприятные ощущения быстро забываются, потому что я слишком сосредоточена на снятии трусиков.
– Ты совершенно заморочила мне голову, Бьянка. – Он хватает меня за бедра и одним быстрым движением погружается в меня. – Я больше не могу мыслить здраво.
Вот оно! Ощущение того, что он полностью овладевает мной, заставляет меня кричать от восторга. Нет ничего лучше. Член Михаила огромен, как и сам он, и я наслаждаюсь ощущением того, как стенки моего влагалища растягиваются, принимая его размер. Положив руку мне на затылок, он медленно выходит, а затем снова входит в меня. Я задыхаюсь. Затем улыбаюсь.
– Сильнее, – прошу я.
Его рука на моем затылке движется вверх, захватывая прядь волос.
– Вот так? – спрашивает он и снова входит в меня.
– Да. – Я изо всех сил хватаюсь за край мраморной стойки, обхватываю ногами его бедра и откидываюсь назад, пока Михаил уничтожает меня, по частям. И никогда еще мне не было так приятно.
Когда Михаил сказал мне, что мы будем ужинать с женой пахана, я ожидала увидеть отстраненную, безупречно одетую русскую женщину, которая, скорее всего, будет игнорировать меня весь вечер. Нина Петрова, в рваных джинсах, облегающей блузке и с серебряным колечком в носу, – полная противоположность тому, что я ожидала увидеть.
– Даже не смей, Роман. Я серьезно! – Нина тычет мужа в грудь, сверля его взглядом, затем поворачивается ко мне: – Он уже два месяца преследует меня по дому, ходя за мной по пятам, как будто я вот-вот запутаюсь в собственных ногах и упаду с лестницы, как какой-нибудь олененок.
Она берет меня за руку и ведет через большое фойе в коридор в правой стороне дома.
– Мы будем на кухне. Михаил сказал, что у Бьянки есть отличный рецепт приготовления пасты, может, она поделится им с Игорем, – бросает Нина через плечо. – Если я увижу тебя где-нибудь поблизости с восточным крылом, я тебя прикончу, Роман.
Довольно забавно наблюдать, как эта миниатюрная женщина угрожает своему здоровенному мужу. Петров ничего не говорит, он стоит, опираясь на трость, и смотрит нам вслед.
– С тех пор как я сказала ему, что беременна, Роман стал невыносим. Он ведет себя как курица-наседка, – говорит она, пока мы идем по коридору. – Итак, вы с Михаилом… как у вас дела?
Я слегка улыбаюсь и киваю. Обычно люди, которые встречаются со мной впервые, склонны молчать, как будто нет смысла начинать разговор. Нина совсем не такая. Это… странно бодрит.
– Хорошо, а теперь, пожалуйста, постарайся быть непредвзятой. Все не так плохо, как кажется, – говорит она и открывает перед нами двойные двери.
Первое, что я слышу, – это низкий голос, кричащий по-русски, затем к нему присоединяются еще два женских голоса, после чего раздается звон столового серебра. Я вхожу на кухню вслед за Ниной и замираю как вкопанная, уставившись на следующую картину.
Огромный мужчина лет шестидесяти, в белом фартуке, стоит перед плитой и указывает на черный дым, валящий из духовки, и кричит на девушку по другую сторону кухонного островка. Позади него еще одна девушка бьет его тряпкой по спине.
А в углу пожилая женщина с короткими седыми волосами кричит на повара, угрожая ему ложкой, с которой капает соус.
– У нас гость! – кричит Нина, и все оборачиваются в нашу сторону. – Это Бьянка, жена Михаила. Будьте вежливы.
Они смотрят на меня, кивают головой и возвращаются к своим крикам.
– Ну, попробовать все-таки стоило. Извини. – Нина пожимает плечами.
Я достаю телефон из сумочки, печатаю текст во вкладке сообщений и показываю Нине экран.
– О, мы не вмешиваемся. Это самый обычный день на кухне. Не волнуйся. Пойдем к Варе, ты напишешь для нее рецепт пасты, а она проверит, есть ли у нас ингредиенты. Из-за того, что Валентина в очередной раз сожгла мясо, нам в меню понадобится запасное блюдо. Сможешь проинструктировать Игоря, как готовить пасту, если ты не против?
Я в замешательстве смотрю на нее. Как она себе это представляет? Сомневаюсь, что он знаком с языком жестов. Видимо, Нина замечает мое растерянное выражение лица, потому что пренебрежительно машет рукой:
– Не переживай. Игорь все равно говорит только по-русски. Просто показывай пальцем. У меня срабатывает – по крайней мере, в большинстве случаев.
