В трубке коротко запищало. Еще минуту я ошалело смотрел на телефон, потом провел ладонью по лицу и сел на землю. В десять. Судя по солнцу, сейчас часа три. Аппарировать? Или лететь через полстраны на метле? Вот она лежит рядом в волшебном кожухе. Мои страхи внезапно ожили. Слежка, которая последнее время казалась мне чем-то эфемерным, существующим только в теории, теперь в свете волчековых откровений, опять стала актуальна. Теперь и на происшествие в Хогсмиде я посмотрел по иному. Что если водосток свалился мне на голову не случайно? Розмерта просто спугнула того, кто собирался до меня добраться… Нет, не могу сейчас рассуждать. Я и в спокойном-то состоянии логикой не блещу, а уж нынче и подавно.
— Вам плохо, молодой человек? — скрипучий голос раздался прямо у меня над головой. Меня передернуло, как от холодной воды. Я медленно обернулся. Низкорослая старушка со странными блекло-синими волосами подслеповато присматривалась ко мне поверх старомодных очков. — Может, вызвать полицию?
Вот только полиции не хватало. Я запоздало сообразил, что сижу на холодной, сырой земле и отсутствующим взглядом гляжу в пространство — не самое обычное занятие для маггла средь бела дня. Старуха, видать, решила, что я наркоман.
— Нет, — получилось резковато, бабулька отпрянула и недовольно покачала головой. Держу пари, про себя она назвала меня «неблагодарной скотиной». — Э-э-э спасибо. Со мной все хорошо. Просто устал. Который сейчас час?
— Четверть четвертого, — пробубнила старуха неприязненно и засеменила по улице прочь. Я огляделся. Больше вокруг не было ни души. Ну, что ж. Метла, так метла. По крайней мере, если кто и задался целью меня выследить, здесь точно потеряет. Я расчехлил свой транспорт и быстро взмыл в воздух.
Холодный ноябрьский ветер продул меня почти до костей. На подлете к Лондону к нему добавился еще и дождь, который на большой высоте был почти снегом. Я нигде не останавливался, хоть и рисковал примерзнуть к метле навечно, зато добрался до столицы в кратчайшие сроки. До встречи со Стефани оставался еще почти час, который я провел в каком-то темном пабе за стаканом грога, пытаясь отогреться.
Потом еще некоторое время блуждал среди переулков и зданий в поисках места, где и бывал-то всего раз. Нашел его случайно, когда уже начал терять терпение и впадать в панику. Почти сразу меня окликнули. Сарина агентша, цепляясь высокими каблуками за камни мостовой и то и дело рискуя упасть, нерешительно подошла ко мне и спросила:
— Это вы мне звонили? — она поежилась, отчаянно кутаясь в тонкое, не по погоде, пальто и одновременно пытаясь укрыть шею шелковым платком. — Сразу скажу: я не имею представления, где Сара.
— Она вам не сказала? — разочарование в моем голосе заставило Стефани с подозрением оглядеть мою небритую физиономию. Она покачала головой.
— Нет. Сара жила со мной в квартире до позапрошлой недели, — девица сделала шаг к дому, выступ которого хоть как-то защищал ее от ледяного ветра, укрылась за ним и, продолжая рассказывать, время от времени поглядывала по сторонам. — Женщина, с которой мы снимали квартиру, уехала до Кента, где селятся ее родные, а мне одной… ну, дорого очень. А тут Сара позвонила… Я сказала про жилье. Она была согласна. Павлу она очень полюбилась, — по тому, как потеплел на этих словах ее голос, я предположил, что речь шла о ребенке.
— А потом она ушла?
— Да.
— Что-то случилось?
— «Что-то случилось» это у нас ежедневно, — грустно пробормотала Стефани и как-то обвиняющее добавила: — Наша квартира ведь не в Мейфейр снимается. То полиция приходит, то миграционный контроль… Но Сару такие вещи не испугаются… э-э-э то есть, не испугают. Она вроде бы как чувствует, когда они будут появляться. Я сильно боялась, а она только ха-ха-ха. «Простачки». Такое вот слово, — и улыбнулась бледной улыбкой. Я тоже не сдержал усмешку: это было очень похоже на Хиддинг.
Стефани сделала еще одну попытку закутаться в свое бестолковое одеяние и пробормотала, стуча зубами:
— А потом пришел он. Они пошептались и ушли. С тех пор я ее не видела и не слышала.
— Кто — он? — впрочем, я тут же понял, что вопрос лишний. Ответ девицы последовал тут же, но он был предсказуем.
— Мужчина, с которым вы были здесь в прошлом году. Такой… красавчик. На Алена Делона похож.
Кто такой этот «ален-делон», я не знал, но это не имело значения. Ясно, что речь идет о Волчеке. Кто еще может увести Сару? Вот только куда? Хотя и это уже не так важно, главное, что подруга предупреждена. Как известно, «премонитус премунитус».
Сообщение Стефани меня несколько успокоило и приободрило. Я кивнул, порылся в кармане и протянул девице купюру.
— Это еще зачем? — нахмурилась она, но тем не менее быстрый взгляд, брошенный на деньги, не мог скрыть ее интерес.
— За труды ваши, — сказал я как можно мягче, — за риск… и за то, что вы замерзли.
