Выспаться ни мне, ни Саре в эту ночь не удалось. И разбудил нас даже не Волчек, который обещал заявиться раньше обычного. Я проснулся от двух громких звуков одновременно. В окно стучали, а снизу раздавались звуки скандала. Решил начать с окна.
Белая сова ущипнула меня за ухо с такой силой, что на мочке выступила кровь. Долго ждала? Ну, прости, голубушка.
Обычно письма от Гарри я распечатывал и прочитывал сразу. Быстро писал ответ и отправлял с той же совой. В этот раз я вознамерился поступить также и уже начал шарить по комнате в поисках письменных приборов, как вдруг крики внизу стали совсем уже душераздирающими. Я запоздало вспомнил о том, что вчера говорил мне по поводу здешнего хозяина Волчек, бросил на ходу: «Обожди, дружище», — и вылетел на лестницу.
Там я столкнулся с Сарой, которая тоже вылезла из обширной гринвудовской кладовки, где коротала ночь, и с любопытством бывалой сплетницы вытягивала шею, прислушиваясь к громким голосам.
— А я тебе говорю, проваливай! — верещал Крис препротивнейшим высоким голосом, ему вторил второй, на менее раздраженный, но не такой визгливый.
Поспешно сбежав по ступеням, я лицом к лицу столкнулся с кокетливо одетой, но сейчас пришедшей в некоторое небрежение дамочкой, разъяренный вид которой говорил о готовности идти на любые крайности. К примеру, хорошенько наподдать Крису по шее. Лицо ее показалось мне смутно знакомым. Спорщики разом смолкли и уставились на нас с Хиддинг с одинаковыми виновато-недовольными минами.
— А это еще кто? — в устах ранней гостьи такое приветствие звучало не особенно вежливо.
— Не твое дело, — злобно бросил ей Крис и, обернувшись ко мне, не менее сердито забормотал: — Ну, чего вылезли? Волчек еще не приходил…
— Ты так орешь, Кристиан, — уже успокоившись, вмешалась дамочка, — что сюда скоро сбежится вся ваша воровская округа на тебя, шута горохового, поглядеть. Всегда говорила Алану, что братец его до тюрьмы доведет, а то и до чего похуже. И не ошиблась.
Она с мстительным торжеством поправила ворот дорогой на вид мантии и произнесла, окидывая нас с Сарой слегка высокомерным взглядом:
— Простите, я не представилась. Вероника Калóскагатóс, — по-моему она даже пыталась протянуть руку, но раздумала. Брезгует?
Итак, мы имеем счастье лицезреть супругу Эла. Бывшую, разумеется. Мне вспомнилась девушка с фотографии. Признаться, я не очень хорошо ее разглядел тогда, но даже этого поверхностного взгляда было достаточно, чтобы понять: мисс «я-люблю-весь-мир» уступила место мадам «куплю-и-продам». Интересно, зачем она явилась в этот притон? Не за наследством же. Судя по лощеному виду, госпожа не бедствует.
— А вы? — взгляд прозрачно намекал, что мне тоже неплохо бы представиться, потом он переместился на Сару и стал неимоверно колючим. — Вы его новая… жена?
— Не-е, — подчеркнуто развязно протянула Сара, засовывая руки в карманы штанов, — мы тута мимо проходили. И зачем это госпожа «ни фига не понимаю по-гречески» нас посетила?
Я разразился внутренним хохотом, одновременно отмечая, как вытянулось от удивления лицо Гринвуда-младшего и как секунду спустя по этому лицу, отмеченному печатью истерических страданий, медленно, но верно начала расползаться злорадная усмешка. Лощеная Вероника скривила губы и голосом светской дамы на скучном приеме нехотя ответила:
— Я узнала о смерти Алана и сочла, что мое присутствие здесь необходимо. Он все-таки мой супруг.
— Бывший, — сказал я с ехидцей, подыгрывая Саре. Сейчас мне это ее актерство даже не казалось неприятным. Разукрашенная кукла, стоящая сейчас перед нами с надменной физиономией, когда-то превратила умного и перспективного парня в мрачного женоненавистника, а теперь явилась «последний долг отдать» и попутно оплевать всех окружающих.
— Номинально, он все еще мой муж, — холодно ответила Вероника.
— Поздравляю, теперь ты вдова! — внес свою лепту Крис, перемещаясь ближе к нам с Хиддинг, словно подчеркивая, что сейчас мы союзники.
— Ты глупец, Кристиан, — морщась еще больше, проговорила меж тем новоявленная вдова, — тебе с твоими ненормальными… пристрастиями, конечно же, невдомек, что магические браки практически не расторжимы. Хорошо еще, что в Греции это не имеет никакого значения.
— Чертовски удобно. Разумеется, два мужа лучше, чем один! — авторитетно заявила Сара, присаживаясь на высокий стул, а потом, дружески хлопнув Криса по плечу, от чего последний слегка обалдел, спросила: — А кофейку у тебя не водится, а Гринвуд?
К моему удивлению, Крис засуетился, выполняя нахально высказанную просьбу. Сопротивление сломлено? Сперва кофеек, а там что-то посерьезнее попросить можно. Мы ведь теперь в одной лодке, не так ли?
Вся эта возня лишила мадам причитающегося ей внимания, с чем та была в корне не согласна и во что бы то ни стало решила его вернуть.
— Кристиан, мы не закончили! — молвила она голосом министра. — Я требую, чтобы ты отдал мне тело. Эла нужно похоронить достойно, несмотря на то, что последнее время…
