От такого внезапного вторжения Хиддинг в мои планы я, откровенно говоря, просто растерялся. Да что там! Когда я позавчера учуял знакомые места, события последнего месяца почти начисто были смыты давними воспоминаниями вкупе с новыми волнениями. И вот! Такой неожиданный и непонятный вызов.
В том, что случилось нечто серьезное, я не сомневался. Не такой Сара человек, чтобы устраивать истерику по пустякам. Черт! Да она и не по пустякам-то не станет впадать в панику. Что же тогда? Предположить боюсь.
Я пошарил под кроватью и, найдя там осколок от какой-то посудины, с силой чиркнул по пальцам горящей руки. Удивительно, но больнее не стало, даже вроде бы полегчало. Не утруждая себя поисками «чего-нибудь пишущего», я начал прямо пальцем водить по обрывку пергамента, с которого уже исчез прежний кровавый отпечаток.
Пергамент молчал. Мне пришло было в голову, что все это какое-то чудовищное недоразумение: я ведь в сущности ничего не знал о «Письмах». Но тут на поверхности снова стали появляться кровавые следы. Они сложились в слова:
Рука снова отозвалась ноющей ожоговой болью. А в голове билось: «Как? Как помочь?» Я почти неделю бежал от Глазго. Допустим, дорогу обратно я найду быстрее, но все же — дня три не меньше, если я еще надеюсь сохранить свое присутствие здесь в тайне. Или уж теперь плевать на конспирацию. Вопрос в том, насколько серьезно ранен оборотень и сколько он сможет продержаться. Вот тут то вывод напрашивался неутешительный. Если это простое ранение, Сара справилась бы сама, да и Волчек мужик крепкий. К тому же, насколько я знал, организм у оборотней более способен к регенерации, нежели человеческий. Значит все более чем серьезно…
Я разозлился. Мои планы рушились, не успев перейти в стадию осуществления. Я почти у цели, а тут приходится отвлекаться. Что же за дурацкая судьба… И что же этим авантюристам неймется! Угораздило влипнуть именно сейчас.
И тут же стало совестно. Гад ты, Сириус! Думаешь о себе, а на друзей наплевать! Когда это ты успел так измениться? Раньше за Джеймса в пекло был готов лезть. Да и за Рема с Питером тоже. А теперь, повзрослел-поумнел, да? Взвешиваешь все «за» и «против»? Может, зря тебя мамаша из семьи вышвырнула, морда ты слизеринская? Я со злости ударил кулаком по хромоногому столу, сломав его окончательно. Думай, Блэк! И поживее, а то как бы поздно не стало…
Я рассеянно оглядел комнату и вдруг с удивлением осознал, что стало гораздо темнее. Гроза? В сентябре? Выглянул наружу сквозь щель между досками и чуть не хлопнул себя по голове. То, что я принял за утренний свет, было на самом деле последними отблесками опускающегося за горы солнца. Выходит, я проспал весь день? Это ж как надо было потерять ориентацию в пространстве и времени, чтобы так ошибиться. А может это и к лучшему? Ночью, как говориться, все кошки серы… И собаки тоже.
Выскакиваю из двери Хижины и что есть духу несусь к горам. Карабкаюсь, оскальзываясь на камнях, отсыревших от вечернего тумана. Оступаюсь, падаю, скулю от резкой боли. Наконец, взбираюсь на знакомое плато. Дыхание сбилось, глаза слезятся от ветра. Стремительно смеркается, на безлунном небе едва угадываются облака. Я замираю, прислушиваясь к ощущениям: пусто и тихо. Перекидываюсь. Озираюсь и с дрожью во всем теле ожидаю почуять признаки азкабанского ужаса. Вот ведь… Стоило узнать о дементорах, и они тебе теперь повсюду мерещатся, Блэк?
Торопись, Сириус! Тем более, что ты принял решение: к черту конспирацию. Что ж тогда сомневаешься? Мгновенная концентрация: припомнить место — и вперед. Закрываю глаза. Да!
Все-таки аппарировать в состоянии крайнего возбуждения — чревато. Руки-ноги на месте, но такой удар о мостовую… искры из глаз. Поднимаюсь. Так и есть: та самая заправка, где я выскочил из трейлера, который доставил меня в Глазго. Куда дальше?
Искать нечто неизвестное в незнакомом городе — хуже нет. Тем более с моими «краеведческими» способностями. Мунго, Мунго… С Глазго как-то не связывается. На уме только больничные коридоры да желтые робы целителей. Эх, Сириус, не те ты книжки в детстве читал! Ну что стоило хоть немного поинтересоваться историей да географией? А то будто гость заморский: твоя-моя-не-понимай.
Я опять пес. Бегу по шоссе. Хорошо хоть, вовремя заметил указатель, а то убрел бы к черту на рога и недоумевал, куда это меня занесло. Мимо проносятся редкие автомобили. Вот везунчики: едут себе и ведь знают, куда.
Через час безостановочного бега замечаю первые признаки большого города. Дома становятся плотнее, шоссе перерастает в улицы, машин больше… Где я?
Обожаю магглов!
