Судя по вороватому взгляду хозяина — то, что он хозяин, я понял по разговору — и многозначительным паузам в речи Хиддинг, эти двое действительно были знакомы не понаслышке. Готов был поспорить на что угодно: проходимец мою новую знакомую побаивался. Видно, методы у Хиддинг в ее бытность на полицейской службе были не самые гуманные. И еще я сделал вывод, что мой прежний багаж знаний о магглах, почерпнутый из школьного курса и наших с Джеймсом юношеских вылазок, весьма сильно расходился с действительностью. Разговор между Хиддинг и барменом был понятен мне едва ли наполовину. И не только из-за своеобразных лексических оборотов, на которые не скупился хозяин — и, кстати, прекрасно понимала его собеседница — но и из-за того, что собственно предмет разговора просто не назывался. «Это», «та вещь», «ну, ты сам понимаешь» ни о чем лично мне не говорили. Финал беседы меня и вовсе потряс. Хиддинг заявила, что если хозяин подсунет ей
Потом мы опять петляли по городу. Хиддинг старательно избегала оживленных мест. Видимо, она хорошо знала свое дело, поскольку за все время мы не встретили ни одного человека в полицейской униформе. Потом она звонила. Разговаривала тихо, о чем шла речь, я не слышал. Вероятно, она о чем-то договорилась, потому что, выйдя из будки, присела на корточки и прошептала: «Мне нужно еще в одно место, но, может, тебе не стоит ходить со мной». Я помотал головой, мол, не согласен. Она только тяжело вздохнула. Что, уже жалеешь, что связалась с беглым преступником?
На вид дом, к которому мы подошли с задворков, был образцом респектабельности в маггловском понимании этого слова. Чистенький, ухоженный, со стриженным газоном. Прямо слезы умиления! Хиддинг перелезла через невысокую живую изгородь и громко свистнула. Через полминуты в окне верхнего этажа показалось лицо, а еще через минуту к нам, обойдя дом, подошел невысокий полноватый мужчина примерно моих лет.
— Сара, ты сумасшедшая, — недовольно начал он. — Тебя ищут, уже по местным новостям твое фото…
— Я знаю, Брайан, что в полном дерь… — осеклась она, видя, как мужик поморщился. — В общем, я прошу тебя помочь мне.
— А ты не хочешь пойти с повинной?
— В чем? В убийстве, которого не совершала? Это же чистой воды подстава, неужели не понятно.
Этот самый Брайан вздохнул, по-моему, с облегчением.
— Я знал, что ты не стала бы убивать Джо… Сара, все наши в трансе. Босс вообще в предынфарктном состоянии.
— Конечно, такое пятно на репутации отдела.
— И ты еще шутишь.
— А что мне остается: биться в истерике?
— А ты умеешь? — Брайан, похоже, оправился от первоначального шока и решил уже, наконец, перейти к делу.
Я почти не прислушивался к их разговору, хотя он был не в пример понятнее, чем предыдущий. Одно могу сказать: Хиддинг умела быть убедительной. По крайней мере, Брайана она озадачила по полной программе, а под конец еще и выпросила у него денег: «Не подбросишь немного наличности, а то моя кредитка… сам понимаешь. Потом верну. С процентами», — лицо у нее в этот момент было такое… Я бы и сам, наверно, карманы вывернул, если бы в них было хоть что-то. Не девица, а хамелеон!
Когда мы, наконец, вернулись в наше убежище, я готов был упасть и уснуть в ту же секунду.
— А я тебе говорила: нечего за мной таскаться, — ядовито заявила Хиддинг, наблюдая за мной. Я сидел, прислонившись к стене и закрыв глаза.
Сама она тоже, кстати, выглядела неважно. Стащила с плеч нелепое одеяние и, расстелив его на полу, уселась и принялась растирать ноги.
— На, поешь, — сказала она через какое-то время и протянула мне пакет с купленной на брайановы деньги едой из забегаловки.
Сама Хиддинг вытянулась на своем лежбище и, прикрыв глаза, помассировала виски.
— Слушай, а как ты собираешься искать этого своего Петти… как-его-там? — спросила она через несколько минут. — Ведь он же может быть где угодно.
— Я знаю, где он. Вопрос в другом: как мне до него добраться?
— Вот те на… Тебе что, в твоей тюрьме нашептали? Выходит, не ты один знаешь, что он жив?
Я задумался над ответом.
— Нет, кроме меня никто не знает. К сожалению. А где он, я догадался, но мне помогли… если так можно выразиться.
— Интересно, где может быть такое место, куда трудно пробраться даже собаке?
— Поверь, таких мест предостаточно. Это трудно объяснить.
— А ты попробуй, — еда и относительно безопасное убежище, похоже, настроили мою деятельную визави на лирический лад. Она перекатилась на бок и, подперев рукой голову, смотрела на меня с любопытством. Рассказать? Вообще-то я уже нарушил столько всего, что пренебречь статутом секретности казалось сущей ерундой.
И я начал. По мере того, как я погружался в воспоминания, мне становилось легче. Словно я много лет носил на себе неподъемный мешок камней, а теперь один за другим сбрасывал их, постепенно распрямляя спину. Хиддинг не перебивала, хотя, я уверен, многое было ей непонятно. Все-таки внимательный слушатель это настоящее сокровище. Такого встречаешь редко.
