— Твои? — я живо представил, как у Рема встает дыбом шерсть на холке, так грозно он это сказал. — Если ты хочешь рискнуть жизнью женщины, к которой неравнодушен, это разумеется,
— Хватит, — резко оборвал его Волчек. Он на секунду прикрыл глаза и сказал уже тише. — Не будь дураком, Люпин. Оборотни их не тронут, пока будут понимать, что они «мои». Так что в Сером Лесу ни Саре, ни Блэку ничто не грозит, если только им не вздумается геройствовать. Во всяком случае там более безопасно, чем здесь.
Люпин на этот раз не стал ему возражать, но, я видел, что он все равно остался при своем мнении. Сара, разумеется, тут же принялась пытать обоих оборотней допросом: что за место, да как туда добираться, далеко ли до «цивилизованного» мира. А я пытался понять, правильно ли я поступаю, фактически отступая от обещания уехать, данного Дамблдору. То есть, я, конечно, ничего такого формально ему не обещал, но все же не возразил, когда об этом зашла речь при нашем последнем разговоре. Интересно, профессор будет проверять меня на честность? Или ему достаточно, что я просто не буду попадаться на глаза Гарри. Его ведь это прежде всего волнует.
При воспоминании о крестнике, руки стали медленно, но верно сжиматься в кулаки. Черта с два я от него откажусь! Писать ведь мне не запретили, да и Гарри тоже. Посмотрим еще чья возьмет, профессор. Вы там навыдумывали всяких теорий, а мы с мальчишкой, значит, страдай! Дудки. Носом землю рыть буду, а добьюсь своего.
Я дернул Рема за рукав.
— Ты когда в Хогвартс? — спросил я вполголоса, пользуясь тем, что мои новые друзья сосредоточенно обсуждали животрепещущую тему.
— Хотел завтра, а что? Дело есть?
Я коротенько пересказал Люпину суть нашего с Дамблдором соглашения, друг нахмурился и почти прошептал:
— Странно все это, — он посмотрел на меня пристально, может, рассчитывал, что я рассказал не все или что он не так меня понял, но я, увы, не мог ничего добавить к сказанному. — Надуманно как-то… Дамблдор мыслит сложно, но все же довольно рационально. А тут из-за какой-то гипотетической угрозы изолировать Гарри… Впрочем, это только мое мнение. Директору виднее.
— О! Да. Он своим орлиным взором и за горизонт заглянет, если потребуется… Где уж нам, сирым и убогим, — я видел, что Рем болезненно поморщился, но продолжал все в том же духе. — Может, теперь в Хогвартсе все-таки введут перлюстрацию почты, как когда-то хотели.
— Сириус, не передергивай. Если хочешь написать Гарри — пиши. Я передам. Только ведь директор по-своему прав: что мы можем предложить ему. Ты и я. Нам бы свою жизнь устроить, не то что чужую.
— А благодаря кому? — я распалялся все больше. — Или тебе плевать, что ты живешь, как милостыню просишь. Меня лично это не устраивает. А по поводу «предложить»…Думаю, по меньшей мере нормальную жизнь без понуканий и упреков.
Рем промолчал. Конечно, я обидел его сильнее, чем он пытался показать. Но мне было не стыдно. Ты уже, Рем, не ребенок. Вон как с Волчеком разговаривал: волк волком. А перед директором по-прежнему хвост поджимаешь? Ну, уж я то по этой дорожке не пойду. Хватит.
Сара хочет бороться дальше, и тут я с ней полностью солидарен. Я ведь уже почти схватил удачу за рукав, хоть изменчивая сучка и вывернулась. Ну, да ничего, я все равно упрямей и своего добьюсь. Непременно.
— Эй, Волчек, — тронул я оборотня за плечо, — расскажи-ка мне про эту свою деревню. И поподробнее.
Наше новое с Сарой и Волчеком путешествие началось в богом забытом местечке под названием Холихед. На этот раз мы не неслись к цели, выпрыгивая из штанов, а даже некоторым образом подготовились.
Могу сказать, что впоследствии я не раз вспомнил добрым словом Сару за приземленность и рационализм. Кроме тех случаев, когда Хиддинг ругалась со мной или с Волчеком, теряя лицо и здравомыслие, она умела вспоминать о таких вещах, которые ни мне, ни оборотню в голову не приходили. Все-таки маггла есть маггла. Я, например, даже не задумался о том, что нужно озаботиться теплой одеждой или хоть каким-то запасом еды на первое время. Ведь на дворе конец октября, вот-вот начнутся заморозки, а там и снег не за горами. Одному богу ведомо, сколько нам придется скрываться.
Опять же, надо было продумать маршрут. Вся сложность была в том, что и Волчек, и Рем знали о местоположении скрытого поселения оборотней лишь примерно. На мой законный вопрос, какого лешего такое могло произойти, они оба как-то странно переглянулись и синхронно пожали плечами.
— А ты думаешь, только волшебники умеют хранить тайны? — насмешливо пояснил Волчек. — Стал бы я так настаивать, чтобы вас там спрятать, если б каждый встречный-поперечный мог это место отыскать.
— Но ведь ты, Ремус, там бывал, так почему бы тебе…
