В то же время, считаясь с расстановкой сил на мировой арене и понимая, что его страна должна демонстрировать свое стремление к миру и готовность идти на уступки, Рузвельт решился пойти на довольно смелый шаг — частично пересмотреть считавшуюся «священной коровой» доктрину Монро.
Сделано это было еще до оккупации Кубы, что лишь подтвердило предусмотрительность американского президента. Основы отчасти нового подхода ко взаимоотношениям со странами Латинской Америки были сформулированы Рузвельтом в послании Конгрессу от 6 декабря 1904 г. Там говорилось: «Хронический беспорядок и неспособность поддерживать узы, которыми связаны цивилизованные народы, могут в Америке, как и в любом другом регионе, вызвать необходимость вмешательства какой-либо цивилизованной нации. В пределах же Западного полушария приверженность США доктрине Монро может заставить их, вопреки собственному желанию, выступить в качестве полицейской силы». Вскоре, 30 января 1905 г., выступая в Военно-морской академии в Аннаполисе, штат Мэриленд, Рузвельт конкретизировал «новый подход», заявив, что его страна «имеет право на интервенцию» в случае невыполнения другими американскими государствами своих финансовых и иных обязательств. Речь при этом не шла об обязательствах только перед США. Подход был шире: США в лице своего президента брали на себя представительство интересов европейских государств. Тем самым признавалась возможность участия стран Европы в латиноамериканских делах — во всем, кроме попыток приобретения новых территорий. На свет появилось то, что в политическом лексиконе получило название дополнения Теодора Рузвельта к доктрине Монро.
В следующие годы рузвельтовское дополнение несколько раз использовалось в локальных конфликтах, возникавших в Латинской Америке. Каждый раз США выходили из них, добившись своих целей по умиротворению борющихся сил, по уплате внешних долгов и др., а заодно продемонстрировав всему миру свое доминирующее положение на континенте. Однако были и более масштабные проблемы. Одной из них являлось строительство канала между Тихим и Атлантическим океанами. Напомним, Рузвельт считал, что канал должен пройти по Панамскому перешейку (на тот момент это была территория Колумбии). Здесь лет 15 назад уже велись работы французской компанией, но она, погрязнув в коррупции, обанкротилась.
По инициативе президента у французов была приобретена соответствующая полоска земли, но с получением разрешения возникли проблемы. Понимая важность канала, а также учитывая, что срок договора с французами истекал в 1904 г. и тогда все строения переходили бы Колумбии, ее власти потребовали выплаты им значительной суммы. В конце концов президент США сделал ставку на авантюристов, которые решили устроить в Панаме «национальную революцию», оправдывая ее тем, что местное население говорило на жаргоне испанского языка, чуть отличавшемся от того, которым пользовались в основной части Колумбии. Рузвельт выступил с заявлением, что, если в Панаме произойдет революция, он «не будет возражать». Это был сигнал. В начале ноября 1903 г. в Панаме была образована «революционная хунта», которая объявила об отделении от Колумбии. 6 ноября Рузвельт признал независимость Панамы. Новые власти вскоре подписали договор о строительстве канала, властям Колумбии пришлось смириться. Строительство началось в 1904 г. и завершилось, когда Рузвельт уже покинул свой пост. Но за ним сохранилась слава инициатора этого грандиозного сооружения.
Рузвельт стремился к максимальному участию в решении мировых конфликтов, что должно было демонстрировать возраставшую мощь его страны, одновременно укрепляя ее позиции в отдельных стратегически важных пунктах. Благоприятные возможности для этого возникли, в частности, в связи с ходом Русско-японской войны 1904–1905 гг. Поражения русских войск и начавшаяся в России революция побудили правительство Николая II искать пути к миру. В свою очередь, Япония, истощенная военными действиями, испытывавшая тяжелый финансовый кризис, также стремилась завершить войну. Рузвельт с тревогой наблюдал за ходом войны. Его волновали в первую очередь не моральные соображения, а изменения геополитической ситуации. Ослабление России воспринималось как угроза, что на Европейском континенте и в целом в мире резко усилятся позиции Германии, столкновения с которой, пока только дипломатические, уже происходили на Западном континенте. Рузвельт не желал чрезмерного ослабления России, как и Японии. Но бесперспективность войны вскоре стала очевидной.
Побуждаемый обеими сторонами, Рузвельт согласился на посредничество, стремясь к стабилизации положения на Тихом океане, к недопущению дальнейшего ослабления России и непредсказуемых внутренних изменений, к которым могла привести революция. Не желал президент и ущемления интересов Японии. К тому же именно ее правительство обратилось к США с просьбой о содействии в заключении мира.
