- Не могу согласиться! Конечно, каждый волен понимать по-своему.
- Но есть же нечто такое, чисто человеческое? То, что отличает нас, людей, от прочей земной живности? Такое, чтобы понятно было и верующему, и атеисту, и колеблющемуся? А то ведь придет последний час, оглянешься и увидишь: все не так было! А как надо?
- Как надо? Можно ответить. Вот сейчас скажу тебе, как надо, и ты поверишь мне. Сегодня. А назавтра опять призадумаешься.
- То есть каждый должен сам себе раскрыть смысл своего бытия? Независимо от образования, от интеллекта, от умения или просто наличия привычки размышлять?
- А в этом вопросе интеллект ни причем. Иной вовсе без образования, а живет праведником, на радость людям и себе. Вопрос твой не столько умственный, сколько сердечный.
- Сердечный! Любим мы все запутать...
- Зато потом какая радость, когда клубок распутается собственными усилиями. Я вот тут вспомнил задачку на сообразительность для детей. Дай-ка листок бумаги, если еще остались неисписанные...
Отец Александр поднялся с дивана, обошел стол и занял место хозяина. Захар Петрович положил перед ним лист бумаги и шариковую ручку, придвинул свой стул поближе и с любопытством принялся наблюдать за рукой товарища. Тот посреди листа наметил девять точек: три ряда по три точки в каждом.
- Прошу! - священник с веселым прищуром взглянул на Захара Петровича, - Перед нами девять точек. Они располагаются упорядоченно, обозначая стороны и центр квадрата. Исходные геометрические условия налицо. Задача в том, чтобы одной непрерывной ломаной линией, состоящей всего из четырех отрезков, соединить все точки между собой. По-другому - надо увидеть эту ломаную линию, мелкими частичками коей эти точки и служат. Уточню условие - при движении ручки не отрывать ее от листа. Понятно?
- Что же может быть проще?
Захар Петрович придвинул к себе лист бумаги с точками в центре, взял карандаш и принялся за дело. Через несколько попыток он запыхтел: менее чем из пяти отрезков ломаная линия не складывалась. Как ни крути, задачка претендовала на роль неразрешимой. Как теорема Ферма. Скорее всего, так и есть, отец Александр задал неразрешимую задачку, испытывает на крепость.
Улыбаясь, отец Александр взял листок из руки Захара Петровича, перевернул его и вновь отметил девять точек.
- Не буду тебя мучить. Будь времени побольше, ты справился бы. Ибо решается просто. Все дело в исходной позиции. В методологии, как говорят в науке. В уровне свободы мышления. В чем твоя ошибка? Ты пытался чертить линию, не выходя за пределы квадрата, отмеченного точками. Сам себя ограничил, ведь в условиях такого нет. Твои глаза бегали лишь по сторонам и диагоналям условного квадрата. А если так?
Отец Александр, не отрывая карандаша от листа бумаги, провел ломаную линию, состоящую из четырех отрезков, дважды выйдя за пределы отмеченного точками квадрата. В итоге получился прямоугольный треугольник, выходящий острыми углами за пределы пространства, ограниченного точками. Из прямого угла выходила биссектриса, делящая пополам гипотенузу.
- Хитер ты, Владимир Сергеевич. Значит, детская задачка?
- Все мы дети, Захар Петрович. И капитан милиции Беркутов останется ребенком, даже если сменит погоны на полковничьи.
- Но какое отношение данная задача имеет к поискам смысла жизни?
- А вдруг смысл жизни человеческой, - за пределами самой жизни?
- За чертой? Может, потому и путаемся, что ищем не там и не так? Будет время, подумай над этим.
Захар Петрович в задумчивости повертел листок бумаги с вычерченной Владимиром Сергеевичем фигурой.
- Да... Существует-таки незримая грань, отделяющая талант, гений от нормы. Тот, кто способен в детстве решить такую задачку сразу - минимум гений!
- Вот! Отличие от нормы! Но что есть норма, вот в чем вопрос.
- Норма, - это, например, я. А талант, судя по решению задачи, - ты.
- Допустим. Условно. А ниже нормы? То есть ниже твоих возможностей? Уже ненормальный? Дурачок? Псих, так сказать? Тут ведь и твоя епархия начинается. Судебную психиатрию знаешь небось. Ненормальных изолируют и, бывает, что с вашей помощью.
- Вы меня, уважаемый отец Александр, сегодня решили в угол загнать? А я разве не в нем живу? Ненормальность... Думал, что знал, а теперь не могу сказать определенно, как выделить норму для человека. Разве только ставить каждого в условия, когда приходится выбирать между преступлением и общественно-безопасным поведением.
- Поскольку тема с точки зрения профессиональной для нас обоих в определенной степени общая, давай на ней и остановимся. Вопрос и для меня больной. И не только в теории, но и на практике. Собственно, затем и пришел.
Захар Петрович хлопнул ладонью по стеклу на столе, под которым отец Александр заметил фотографию на газетной бумаге, напомнившую ему кого-то знакомого.
- Да и я жду чего-то для себя именно с этой стороны. Помощи, подсказки, чего угодно. А то самому разобраться трудновато.
