Госпитальеру не хотелось идти туда. Но надо было. Он должен увидеть все своими глазами, а не через камеру фиксатора.
Все трое поднялись по узким алюминиевым ступеням на крыльцо. Филатов надавил рукой на дверь, и та сразу распахнулась.
Сразу за дверью открылся большой зал с ажурными металлическими столиками, сложенным из серого кирпича просторным камином и деревянными птицами, висевшими под потолком.
Люди были здесь. Шесть человек. Вот только они ничем не нарушали гробовой тишины.
Нет, они не были мертвы. Они просто «замерзли».
***
Вантхолл… «Замерзшие»… Ожившие… Безумная, будто из сенсортрека ужасов, погоня…
Госпитальер встряхнул головой, отгоняя страшные воспоминания. Но все равно заноза засела в груди. И она мешала дышать.
- «Хрустальная болезнь»! – победно заорал Сириус. – А те дремучие болваны поспешили записать ее на мой счет!
- Такое бывает часто у вас? – спросил Филатов, нагибаясь над «замерзшим» и трогая его рукой.
- На моей памяти не было ни разу. Но знания об ней живы. В давние времена это случалось часто… Раньше все случалось чаще. Это были живые времена. Природа была моложе. А Проклятый Игрок еще не устал творить чудеса.
- Поэт, - буркнул Филатов, поднялся и отряхнул руку. – Ты что-то говорил о том, что отсюда можно добраться до ближайшего города.
- Да. Тут всегда имеется две машины для движения по дорогам.
- Пошли, посмотрим.
Они отправились в ангар, где хранилась техника, необходимая для ведения хозяйства. У входа там стоял перегонный куб, который служил для изготовления чистейшего самогона из почек деревьев – этим самогоном, как уведомил Странник, славились местные кудесники.
Грузовик с кабиной, тремя фарами на крыше и квадратным кузовом тоже имелся. Вот только колеса его были прострелены чем-то солидным, кажется, картечью, мотор изуродован лежащей радом кувалдой, стекла выбиты. Над машиной потрудился какой-то вандал. Он приложил все усилия, чтобы она не тронулась с места.
- Ты говорил о двух машинах, - обернулся к Страннику Филатов.
- Было две…
Дальнейшие поиски не привели ни к чему. Ржавый трактор тоже был выведен из строя.
- Что все это значит? – обернулся к Сириусу госпитальер.
- Скорее всего, замерзли не все, - произнес Филатов. – Тот, кто остался на своих ногах, бежал в ужасе, взяв вторую машину.
Он показал на относительно свежие следы протектора, ведущие к трассе.
- А зачем изуродовал технику?
- Боялся преследования.
- Кого?
- Он боялся, что «хрустальные люди» оживут и бросятся за ним, чтобы выпить его душу, - произнес Сириус замогильным голосом. Было видно, что он в прострации.
- По поводу оживающих «хрустальных» - это тоже старинное знание?
- Надо уходить отсюда… Не надо было переступать порог. «Хрустальные люди» мстительны. Они настигают своих жертв…
- Сказки…
Филатов устроил в трактире обыск. Наскреб денег, карту местности, достаточно подробную, во всяком случае куда лучшую, чем составил полуослепший комп «Гамаюна».
Карту разведчик разложил на столе и осведомился у Странника:
- Как выбираться будем?
- По дороге дальше идти не имеет смысла. Мы сильно удлиним путь. Если бы была машина, - вздохнул Сириус.
- Нет у нас машины. Ничего у нас нет, кроме настырности.
- Тогда придется идти через земли камаров. Здесь идут холмы и горы. Мы переваливаем через перевал и спускаемся в Долину Лотоса… Там живут люди. Оттуда есть сообщение с населенными районами.
- Кто такие камары?
- Никчемные грязные дикари, жестокие и непоследовательные, презирающие знания и честь… Поговаривают, склонные к человеческим жертвоприношениям. В общем, жалкие червяки.
- Ты хочешь, чтобы мы пробивались с боем? – полюбопытствовал Филатов.
- Нет. Нас там не подстерегает опасность. Они мои друзья. Они мне многим обязаны.
- Уже легче.
- Нас там ожидает роскошный прием! – Сириус не удержался и подмигнул Филатову. – Вам понравится.
- Пока поверим на слово… Переночуем здесь? – повернулся разведчик к госпитальеру.
Тот сидел, зябко обхватив плечи руками. И виски будто стискивали чьи-то жесткие шершавые пальцы. А в груди колом ворочалась тревога. Она нарастала. И готова была перейти в ужас, как в Вантхолле…
Госпитальер вздрогнул, как будто получил удар электротоком. Он увидел, что «замерзший» рядом шевельнулся!
Нет, показалось…
Сомов смахнул холодный пот со лба и встряхнул головой:
- Ночевать?! Отсюда надо уходить! И побыстрее! Лучше выспаться в канаве, чем здесь!
- Твое экспертное мнение принято, - сказал Филатов. - Пошли…
***
Всю ночь донимали крики близкой птицы. Они напоминали вопли пьяного дебошира и действовали на нервы. И так со сном у госпитальера были нелады, он постоянно просыпался. Ему все казалось, что к горлу тянутся чьи-то холодные пальцы.
Когда первые лучи солнца разогнали мрак, путники вышли на дорогу.
Аптечка в комбезе госпитальера заработала, накачивая человека тонизирующими веществами. Усталость и боль в теле отступили. Но удовольствия от пешей прогулки не прибавилось.
