— Твоя подружка в доме, — глаза охотника недобро сузились, полыхнув ледяными зарницами. — Я смотрю, вы здесь неплохо устроились, даже гнёздышко свили, — он хмыкнул, потом коротким жестом указал на хижину ещё двоим воинам, стоявшим неподалёку. — Но, увы, я вынужден прервать вашу идиллию, Белл-Ориэль… Отступникам и приспешникам Люцифера — смерть! Ты отлично сражался там, в Раю, но теперь всё. Раз ты здесь и не с нами, значит, против нас, и мы враги. Так что не обижайся, но мне придётся вас убить, — он растянул губы в безжалостной улыбке, одновременно кивая своим помощникам.
— Нет!!! — крик Белла, наполненный безумием и отчаянием, сорвался с губ и потонул в рёве Святого огня мгновенно охватившего ветхую хижину. — Нет!!! Мама!!! — он дёрнулся изо всех сил и его хриплый стон слился с агонизирующим визгом женщины, связанной валявшейся на полу, охваченного смертельным пламенем дома. Несколько секунд истошных криков и поляну вокруг заволокло чёрным дымом, одновременно погрузив её в ватную тишину. И только пепел, кружа в воздухе траурными снежинками, беззвучно опускался на траву, словно обугленный рваный саван.
— Так это была твоя мать? — Бористэль обернулся и посмотрел на пленника, который задыхался и рвался в путах, не в силах больше выговорить ни слова от горя и ненависти.
— Что ж, мне жаль, Белл-Ориэль, но не могу тебя утешить сказав, что вы скоро встретитесь… Святой огонь сжигает даже душу, не оставляя нашим врагам шанса вернуться. Ты храбрый и быстрый, но, увы, это ничего не меняет. Михаил не для того вернул меня к жизни, чтобы я проявлял милосердие. Тем более, что нужно ещё отыскать твоего брата Нигардиэля, который, я уверен, находится неподалёку. Он, как никто заслуживает смерти, надеюсь, ты не станешь с этим спорить?
Бористэль устало вздохнул и, бросив последний равнодушный взгляд на пепелище, оставшееся от хижины, кивнул воинам, приказывая отойти от пленника. Те швырнули Белла на траву и разошлись в стороны. Бористэль поднял руку.
— Стой! — раздался чей-то гневный оклик и на поляну приземлились ещё несколько ангелов. Высокий блондин в золотых доспехах тут же приблизился к пленнику и склонившись, одним движением поднял того с земли.
— Белл? — побледнел воин, с тревогой всматриваясь в искажённые мукой прекрасные черты. — Как ты здесь оказался?
— Не знал, что ты водишь дружбу с Падшими, Ориэль, — чуть презрительно бросил Бористэль, вмешавшись в разговор. — Но позволь нам закончить свою работу, потому что мы торопимся.
— Белл — не Падший, Бористэль! — огрызнулся белокурый воин, гневно сверкнув голубыми глазами. — И ты можешь больше не беспокоиться, я сам с ним разберусь! Возвращайтесь к своим делам!
— У меня приказ Михаила зачистить этот район, — воин потемнел лицом. — Ты, конечно, его сын, Ориэль, но не тебе решать, как поступать с пленными. Отдай нам Белл-Ориэля, и разойдёмся по-хорошему. Иначе, я буду вынужден сообщить Архангелу, почему смог выполнить его приказ только наполовину.
— Что значит “наполовину”? — Ориэль застыл и побледнел ещё больше. — Вы отыскали Нигардиэля?
— Пока нет, но мы нашли здесь женщину. Белл-Ориэль назвал её матерью.
— Чтооо?! — белое лицо Ориэля стало зеленоватым, и он покачнулся. Потом его взгляд упал на выжженный участок земли, пробежал по обуглившимся щепкам и замер на Бористэле. — Вы убили Риану?! — простонал он, судорожно сцепив кулаки. — Ты про неё говоришь?! Отвечай!
— Мы исполнили приказ, — не смотря ни на что, тон воина остался ровным и почти спокойным. — А если у тебя есть вопросы, Ориэль, задавай их Михаилу. У меня нет времени разбираться в ваших дворцовых интригах.
Ориэль закрыл глаза и, запрокинув голову, стиснул зубы, чтобы не застонать. Несколько секунд он был недвижим, лишь его шея чуть дёрнулась, когда он сглотнул застрявший в горле комок из беззвучных рыданий. Потом Ориэль открыл ставшие тусклыми голубые глаза и принялся распутывать сеть, оплетавшую тело его сводного брата.
— Не делай этого, Ориэль, — глухо предупредил Бористэль, покачав головой. — Белл попался случайно, нам просто повезло. Изловить его ещё раз будет непросто. Михаил придёт в ярость, когда узнает, кого ты отпустил, а мне придётся доложить об этом.
— Докладывай, — холодно бросил ангел, даже не повернув головы.
Бористэль вздохнул, после чего развернулся и дал знак воинам уходить.
Как только последние путы упали к ногам Белла, Ориэль поддерживая брата, мышцы которого затекли от сдавливающей его тело сети, осторожно усадил того на траву.
— Это была… Риана? — дрогнувшим голосом спросил Ориэль, вглядываясь в застывшие черты брата. — Это была она, Белл?
