— По моим данным, семь лет назад в Гридине был убит Александр Вэльс, чистокровный черный маг и кузен нашей целительницы. Убийцы его найдены не были, свидетелей не было, улик — тоже, дело пришлось быстренько сдать в архив. Причастность госпожи Вэльс никто из следователей всерьез не рассматривал. Убитый активно занимался исследованием фольклора и легенд, связанных с Сумеречными землями. Есть вероятность, что он смог узнать что-то такое, что послужило причиной его смерти. Как любовница и ближайшая родственница, госпожа Вэльс может располагать подобной информацией. Я надеялся войти к ней в доверие и проверить свои догадки, но она не пошла на контакт. Тогда я решил изменить тактику: вывести ее или ее нынешнего любовника из равновесия, спровоцировать нападение на себя и под угрозой шантажа выудить из нее согласие на заклинание исповеди.
Я не сдержала нервного смешка: наш особист сам попал в яму, которую рыл мне — разве это не ирония судьбы? Эндсон напоминал человека, который пробежал километров десять без остановки, — тяжело дышал, хватая ртом воздух, лицо его меняло оттенки от насыщенного красного до землисто-серого, руки мелко дрожали, а на лбу выступила испарина.
— Как только это дело закончится, сразу подам заявку на переформирование группы! — воскликнул Штондт, разом растеряв свое королевское спокойствие и даже ничего не сказав по поводу моего вмешательства.
Керс, которого Рауль насилу удержал на месте, стоял, сжимая кулаки.
— Я вызываю тебя… — начал он произносит традиционную формулу вызова на дуэль чести.
— Нет, стой, — встрепенулась я.
— Назови хоть одну причину, по которой я не должен этого делать!
— Да у него совершенно нетипичная реакция на исповедь! — воскликнула я, вскакивая со своего места. — Посмотри внимательно: Эндсону плохо, как будто господин Штондт своим заклинанием сломал блокировку, — все дружно повернулись к особисту, которого и впрямь начинало лихорадить еще сильнее.
— Госпожа Вэльс, о чем вы вообще говорите? Этот человек только что признался в том, что подозревает вас. Вы его защищаете? — недоуменно спросил Штондт. — Какая разница, трясет его или нет? Да на его месте я бы сквозь землю провалился! Мы столько лет вместе в одной группе, и тут он как с цепи сорвался.
— Вот видите, вы сами говорите, что это — нечто из ряда вон выходящее. Со стороны это похоже на внушение, сделанное более сильным магом, — продолжала настаивать я.
— А ведь правда, Элиам, — чуть ли не впервые обратился к напарнику по имени Нортон. — Гордрик странно себя вел еще перед поездкой — как будто его что-то угнетало. Мы думали, что это из-за расставания с очередной любовью всей его жизни.
— Да, именно поэтому его увлечение вами, — легкий поклон в мою сторону от Штондта, подхватившего мысль товарища, — показалось нам попыткой залечить душевные раны. Но он и впрямь своей настойчивостью и чересчур рьяным наскоком несколько озадачил нас.
— Озадачил? Всего лишь озадачил? Да если бы на месте Лии была какая-нибудь другая девушка, более сговорчивая и мягкая, он уже давно окрутил бы ее! — вмешался Керс.
— Нам повезло, что Лия морально устойчива, — пошутил Нортон. Я юмора не оценила и передернула плечами, пытаясь стряхнуть с себя воспоминания о прилипчивых комплиментах Эндсона.
— Это все очень здорово и интересно, но что мы теперь будем делать с господином особистом? — задал вполне резонный вопрос Рауль, до сих пор хранивший молчание. В этом весь Рауль: наблюдать, анализировать, делать выводы и вовремя возвращать всех с небес на землю. Вкупе с природной невозмутимостью и добротой это делало его одним из самых надежных боевых товарищей и одним из самых приятных мужчин, которых я когда-либо знала.
— Можно как-то проверить, находился он в здравом уме или его заставили? — в свою очередь спросил Штондт.
— Теоретически — можно, но нужен очень хороший специалист по ментальным воздействиям. Это очень тонкая материя, не каждому магу под силу, — ответила я.
— И в Корлине, конечно, такого нет? — с тоской в голосе не то спросил, не то констатировал Штондт.
— Разумеется, — кивнула я головой. — Специалиста такого уровня можно найти только в столице в каком-нибудь департаменте Имперской Службы Безопасности на самом верху карьерной лестницы, куда простым смертным ползти и ползти.
— Дела… — протянул Штондт, и все мы дружно приуныли. В процессе нашего весьма интересного и содержательного разговора мы совершенно забыли об Эндсоне, что чуть не стало роковой ошибкой. Его глаза были подернуты какой-то мутной пеленой, пальцы сложились в один из базовых жестов боевой магии, а губы, сухие и растрескавшиеся, начали шептать какое-то заклинание, явно не из разряда защитных.
— Нортон, обезвреживание, быстро! — вдруг резко крикнул Штондт, вытягивая нас из расслабленного состояния, в котором мы находились непростительно долго для боевых магов. Нортон повиновался мгновенно, и вдвоем они попытались набросить на разбушевавшегося Эндсона магическую сеть-ловушку.
