Жизнь — иногда такая непредсказуемая вещь. Например, всегда. Кто знал, что сегодняшним сентябрьским вечером, вместо вожделенного похода в лес за травами с Серым, я поеду в патруль с темными во всех отношениях магами сражаться с сумеречными тварями? Долго думать в тишине не получилось, к счастью, ибо неизвестно, до чего бы я там еще додумалась, потому что ко мне с вопросом обратился Керс:
— Лия, ты фляжку мне не хочешь вернуть?
— Не могу. Вдруг мне понадобится еще успокаиваться, ситуация-то непростая.
— Это точно, — вставил осмелевший Эндсон.
— Мне вот, знаешь, что непонятно? — спросила я, не обращая никакого внимания на особиста.
— Что?
— Предыдущий период истончения купола пришелся аккурат на начало лета и длился до августа. Помнишь, ты приехал ко мне, когда капитана ранили?
— Да, и? — недоумевал Керс.
— А сейчас сентябрь, получается, что даже месяца не прошло после прошлого прорыва?
— Может, это все один и тот же прорыв?
— Нет, — покачала головой я, — перерыв был, уж поверь мне: мы с коллегами где-то с момента ранения капитана и до вчерашнего нападения на наших друзей ничего не слышали о нежити и никого после нее не штопали.
— Не могу никак понять, к чему ты клонишь?
— По-моему, госпожа Вэльс пытается сказать, что нападение на нас этих тварей выглядит несколько странно, — вмешался в наш разговор Нортон. От его близко раздавшегося голоса и теплого дыхания я поежилась. — Вам холодно?
— Нет, — чуть хрипло ответила я и, прочистив горло, уже громче продолжила, — но это именно то, что я имела в виду. Вам не кажется это странным?
— Вы думаете, нас ждали? — серьезно спросил Штондт.
— А почему нет? Или ваша командировка сюда была строго секретна, и совсем никто не знал, куда вы едете?
— Нет, — вновь пощекотал своим дыханием мои волосы Нортон. — Особой тайны из нашей поездки никто не делал. Мы даже не предполагали, насколько здесь все серьезно.
Мы все замолчали и погрузились каждый в свои мысли. В Корлине медленно темнело, жители спешили поскорее укрыться в своих домах: комендантский час, введенный капитаном, вот-вот начнет действовать. Мы покинули город и направились в сторону леса — как раз там начинались Сумеречные земли. Настойка Керса сделала свое дело и помогла мне взять себя в руки. Наверное, со стороны я выглядела форменной истеричкой, но боязнь лошадей для меня была действительно очень сильным страхом.
Все началось давно, когда я была совсем маленькой. У отца был свой конезавод, и он подарил мне пони на мой пятый день рождения. С самых ранних лет я научилась держаться в седле и к десяти годам уже была хорошей наездницей. Мама, во всем поддерживая отца, тоже увлекалась лошадьми. Они вообще были очень красивой и гармоничной парой, — по крайней мере, так говорил мне Роди. Сама я мало что-то помню, потому что родители погибли, когда мне было двенадцать — лошади, которых они так любили, понесли во время охоты. Я осталась сиротой, и Роди стал моим опекуном. Боязнь лошадей — самое страшное и болезненное напоминание о детстве.
Мы подъехали к самой границе Корлинского леса, когда уже совсем стемнело. Ночью заезжать в Сумеречные земли — слишком опасно, поэтому мы решили заночевать здесь, а на утро отправиться в бывшие владения темного мага древности.
— Вы спуститесь сама или вам помочь, госпожа Вэльс? — вежливо спросил Нортон, пока другие участники нашей боевой группы спешивались.
— Помогите мне, пожалуйста, — мягко ответила я. Нортон ловко соскочил с коня и также ловко, но вместе с тем аккуратно, помог мне.
— Благодарю, — искренне поблагодарила я и, не дожидаясь ответной любезности, поспешила к Керсу, который уже привязал свою лошадь к нижней ветке раскидистого дуба. Сколько себя помню, все патрули начинались именно с этого места: небольшая поляна, отделяющая Корлинский лес от Сумеречных земель, которую как будто бы охраняют три больших дуба, таких же древних, как наша империя. Как раз в тени этих могучих деревьев мы всегда устраивали свою первую стоянку перед началом патруля, поэтому я отлично представляла себе, что нужно делать. Впрочем, как и Рауль с Керсом, которые уже вовсю занимались устройством нашего места ночевки.
— Так, господа, лошадей привязываем вот сюда, за эту веточку, — махнул рукой Керс.
— Под этими деревьями разводим костер и готовим ужин. Пока кто-то собирает ветки для костра, часть из нас занимается лошадьми. Еще нужно поставить щиты вокруг нашего лагеря, — изложил привычный план действий Рауль.
— Давайте распределяться, — с делано тяжелым вздохом вставил Керс.
— Мы с Эндсоном поставим щиты, — отозвался Штондт.
— Я иду собирать ветки для костра. Кто со мной? — спросила в свою очередь я.
— Позвольте, я пойду с вами, — тут же предложил Нортон. Я вообще-то рассчитывала, что Керс его опередит, поэтому послала другу возмущенный взгляд. Он беззаботно мне подмигнул и, похлопав Рауля по плечу, сказал:
— Идем, друг, будем кормить лошадок.
