— В патруле нет исключения, Рэмиан, — ответила я ему, сладко потянувшись и стряхнув с себя остатки невеселого сна. — Так что я с вами, и, если никто не возражает, я бы хотела начать.
— Мы уступаем леди, — ответил за всех Штондт.
Я встала и лениво направилась к костру, который гостеприимно горел в нескольких метрах от места, где меня сморил сон. Мужчины сидели вокруг и пили согретый тут же чай.
— Подвинься, — попросила я Керса, который с видом великомученика сдвинулся на пару сантиметров.
— И как, по-твоему, я должна здесь уместиться? — возмущенно спросила я, нависая над Керсом. — Двигайся давай, я тоже чаю хочу, или что вы там пьете?
— Лия, иди сюда, — приглашающе похлопал по своему расстеленному на земле плащу Нортон, не дав Керсу и слова сказать в свое оправдание. Я победоносно посмотрела на друга сверху вниз и менторским тоном произнесла:
— Вот так следует поступать воспитанному господину!
— А когда вы успели перейти на ты? — строгим голосом начал допрос Керс, когда я уже плюхнулась на предложенное место.
— Когда в лес по дрова ходили, — ответила я. — Налей мне чудесной жидкости, что вы пьете!
— Вот пусть тебе господин Нортон и наливает, раз вы с ним так близки, — ни с того ни с сего психанул Керс. Я повернулась к причине нашего спора и придала лицу самое невинное выражение:
— Рэмиан, ты ведь выполнишь мою маленькую просьбу?
— Конечно, Лия, если ты выполнишь мою, — не поддался он на мои чары.
— Какую? — полюбопытствовала я.
— Ну, скажем, я хотел бы услышать от тебя байку у костра.
— Зачем? — непонимающе уставилась я на него.
— Просто хочу.
— Хорошо, — согласилась я. — Но, как ты понимаешь, мне бы хотелось промочить горло.
— Но мы пьем не совсем чай… — начал было отбиваться Нортон.
— О, Керс все-таки расщедрился и разрешил разбавить чай своей настойкой, — потерла я руки в предвкушении замечательного напитка, который помогает время от времени выжигать скопившуюся внутри тебя накипь.
Керс, внимательно следивший за нашей почти салонной беседой, демонстративно фыркнул. Я совершенно не понимала, что с ним происходит. Не могло же невинное "ты" другому мужчине так испортить ему настроение?
Нортон тем временем наполнил маленькую кружку дымящимся алкогольным чаем и вручил ее мне.
— Госпожа Вэльс, — с недоверием обратился ко мне Штондт, — а вы уверены, что вам после первой дозы лошадиного успокоительного необходима еще одна?
— Так вы не путайте, господин Штондт, — вполне миролюбиво ответила я, делая первый глоток бодрящего напитка и едва не жмурясь от удовольствия, — то было успокоительное, а это бодрящее, как раз для нашей вечерней беседы в тесном дружеском кругу.
— Слушайте, — не выдержал особист, — я спрошу прямо: вам не кажется, что вы много пьете?
— А вам не кажется, что вы лезете не в свое дело? — мирно огрызнулась я.
— Господин Эндсон, я вас предупреждал. Или у вас с памятью проблемы? — тут же отреагировал Керс.
— Да что вы мне все время угрожаете, сержант? Лучше бы за женщиной своей следили! — возмутился особист. Керс вскочил на ноги, вслед за ним поднялся Рауль и, как ни странно, Нортон. Только мы со Штондтом остались сидеть и ошарашенно следить за событиями. Вот это я выпила настоечки в первый день патруля! Даже страшно представить, что будет дальше!
— Гордрик, что ты делаешь? — спокойно так спросил Штондт, не спеша присоединяться к набычившимся мужчинам.
— Пытаюсь разобраться, как далеко зайдут сержант и Нортон в желании вцепиться мне в глотку из-за госпожи целительницы! — выпалил Эндсон и тут же зажал себе рот кулаком, как будто хотел затолкать свои слова обратно.
— А зачем? — продолжил допрашивать особиста Штондт.
— Я специально провоцирую Керса и Вэльс, чтобы получше разобраться в их характерах. Рэмиана я цеплять не хотел, он как-то сам завелся, — как на духу отчитался этот наглец и снова попытался зажать себе рот. Я ничего не могла понять, пока внимательно не посмотрела на руки Штондта, на пальцах которых было подвешено заклинание исповеди, заставляющее человека честно отвечать на первые три заданных вслух вопроса. Ого, это что у них за отношения в команде такие, что применение подобных заклинаний к друг другу вполне допустимо? Глупо было упускать такую возможность, поэтому я быстренько, пока Штондт не рассеял заклинание или не спросил что-нибудь еще, влезла со своим вопросом:
— В чем вы меня подозреваете, господин Эндсон?
