Заказав кружку пива, я отошел к высокому столику. Сделал глоток, но не идет пиво, да и все тут! Я ведь чаю напился. А пить-то надо. Иначе соседи заподозрят неладное. Пришел, мол, и мудрит над кружкой пива. Делаю второй глоток. Спасибо — один из парней выручил:
— Без рыбки — не то, а? — протягивает кусочек воблы. — Пососи. Дай во внутрь немного соли.
Но долг платежом красен. Взял я еще две кружки пива. Одну перед парнем поставил:
— Прошу!
— Да ты, я вижу, свой в доску, — усмехнулся парень и протянул руку. — Виктор.
Расстались мы с ним, как старые знакомые. Я шутил, а на сердце было тоскливо. Дело не сдвинулось с мертвой точки. Из автомата позвонил начальнику райотдела. Обещал он кое в чем помочь: узнать на предприятиях, кто уезжал в отпуск в конце августа или начале сентября и кто уже возвратился.
— Понимаешь, старший лейтенант, все это непросто. Отпускная кампания кончается. И люди ежедневно возвращаются десятками. Вчера, например, приехало 87 человек, сегодня — 103. Если исключить женщин и тех, кто ездил с семьями, все равно набирается более ста человек.
— То есть, помощь с вашей стороны отпадает? — спросил я прямо.
— Почему отпадает? Нет. Только она займет не меньше недели. В общем, не горюй. Работа уже началась.
Легко сказать: не горюй. А если и неделя пройдет впустую? Ведь грабители, понятно, помалкивают о своем маршруте…
Повесив трубку, я взглянул на часы. Можно еще успеть пообедать, а затем — в парк.
Было еще светло, когда со стороны танцплощадки послышалась музыка. Молодежь потянулась к ней, оживленно болтая. Не выделяясь из толпы, я подошел к заветному «пятачку». Народу в парке становилось все больше и больше. Вдруг слышу:
— Здорово, друг!
Мой приятель по пивной в шелковой сиреневой рубашке, в светлых брюках — просто не узнать. Из кармана достает сигареты, угощает.
— Ты что, в отпуске? — спрашиваю.
— Почему? В отгуле. Завтра на работу. А в отпуск я езжу только зимой, в Закарпатье. Люблю на лыжах кататься.
К моему знакомому подошел высокий парень, поздоровался. Они о чем-то разговорились. Оба — выпускники ПТУ. Догадаться об этом нетрудно. По форменным фуражкам. Одежда обычная, как у других: легкая рубашка, брюки. Но на голове фуражка. Знай наших!
— Лешка из отпуска вернулся, — сказал высокий.
— Так рано? — удивился Виктор. — Он же хотел на Кавказ махнуть. Не знаешь, где был?
— Говорит — у бабки. Денег привез! Тащил в ресторан. Хвастуном стал. Все я да я.
Кивнув на прощание, я заспешил в райотдел милиции. К счастью, начальник оказался на месте. Выслушав мой рассказ, задумчиво произнес:
— Лешка, говоришь? А кто такой этот Лешка? По нашей картотеке ни один Лешка не проходит. Я своих «корешей» хорошо знаю. Предлагаю сделать так: завтра утром пошлю на завод оперативника. Он осторожно выведает у ребят про этого Лешку.
— Согласен.
Ночью я спал плохо. Вдруг этот Лешка совсем не тот, кого я ищу? Что тогда? Тогда… Я даже вскочил с постели от возбуждения. Нужно проверить в железнодорожной кассе, спросить у кассира: может, помнит того, кто покупал билет на Житомирщину. Городок не так уж велик. Нет, ничего не получится. Вряд ли преступники брали билеты до Печановки — ближайшей станции от Новой Чертории. На их пути могло оказаться и другое село. Главным для преступников был — магазин. Они вышли на незнакомой станции, проехали несколько километров по дороге, увидели на взгорье магазин. Пролежали до ночи в кукурузе…
Одна версия сменяла другую. Я забылся тревожным сном только под утро. Но точно в 9.00, как и договаривались, был у начальника райотдела.
— Получай, старший лейтенант, адресок, — протянул мне майор лист бумаги.
На нем были фамилия и адрес общежития Алексея Дмитриевича Беркута. Я поблагодарил.
— Что будете делать дальше? — прищурился майор.
— Думаю проверить, не хранятся ли в общежитии чемоданы, привезенные Беркутом из поездки?
— Не хранятся. Это абсолютно точно.
— Тогда их нужно поискать в другом месте, — сказал я.
— Где же?
— Возможно, в камере хранения железнодорожной станции?
— Наши мысли совпали, — улыбнулся майор. — С минуты на минуту жду звонка от нашего оперативника.
Я только развел руками:
— Ну, знаете!
Зазвонил телефон. Майор взял трубку. Из разговора я понял, что «груз» есть, два чемодана.
— Поскольку до конца Лешкиного отпуска осталась неделя и он, по слухам, собирался в ближайшее время прокатиться на Черное море, было бы целесообразно, — обратился я к майору, — ускорить его отъезд, а?
— Можно и ускорить, — согласился начальник милиции. — Мы его просто-напросто спугнем. Пустим по общежитию слух, что ищем грабителей, обокравших магазин, и что следы ведут в наш городок…
В тот же день рабочего привокзальной камеры хранения отозвали до конца недели в райвоенкомат, а я временно устроился на его место. Старший кладовщик — дядя Федя — встретил меня отчужденно:
— Неужто, парень, у тебя другой специальности нет?
— А чем эта плоха? — удивился я.
— В твои годы быть на случайном подхвате — не солидно.
— Так мне всего-то тридцать!
