Беседа с Волицкой была не легче. На вопрос о времени возвращения мужа домой — запричитала:
— Не пришел, а приполз. После полуночи. Весь в грязи, как навозный жук…
Солнце клонилось к закату. Собравшись, наконец, вместе, мы впервые за день перекусили. Столовой в селе не было, в магазине шла ревизия, и быть бы нам голодными, не сжалься над нами председатель колхоза. Он принес из дому две крынки молока, хлеб и несколько соленых огурцов. Ночевать мы поехали в Любар. Вернулись ранним утром, до оттепели. В магазине ревизия уже закончила свою работу. В акте, подписанном председателем сельпо, значилась недостача товара на 2,5 тысячи рублей.
— Каких именно нет товаров? — спросил следователь.
— Разных, — объяснил заведующий. — Не хватает 18 пар часов наручных, трех костюмов, двух пар туфель, нескольких пар сапог… А также двух пустых мешков из-под сахара. В них, вероятно, грабители сложили награбленное…
Мы снова собрались в отведенной нам комнате, попросив пригласить для беседы друзей-трактористов — Соломаху и Волицкого с их супругами. Я видел, как помрачнел председатель.
— На подсеве озимых они, — сказал жалобно. — Сроки ведь затягиваются…
— Придется подменить их, — развел руками следователь.
Мы долго и серьезно говорили с молодыми трактористами, пока не добились правды. Оба парня, оказывается, не хотели подвести тетку Марию — самогонщицу, у которой частенько проводили время.
Мария Семеновна, узнав о случившемся, махнула рукой. Сказала честно:
— Были! Еле выпроводила в двенадцать ночи. Больше в жизни не пущу и с самогоном покончу. Поверьте, люди…
Разобравшись с трактористами, мы решили съездить к сторожу тракторного стана Авдею Егоровичу. И вот какой произошел тогда разговор между начальником райотдела Колодием и Приходько.
К о л о д и й. Скажите, Авдей Егорович, когда вы идете на свой объект ночью, в доме заведующего магазином Дудчика еще горит свет?
П р и х о д ь к о. Не всегда. В будние дни не горит. А по субботам и воскресеньям горит частенько.
К о л о д и й. Чем это объяснить?
П р и х о д ь к о. По субботам и воскресеньям Макар Васильевич гуляет с друзьями. Сначала в баньку сходит, а потом — за стол.
К о л о д и й. Друзья — местные?
П р и х о д ь к о. С местными он не знается. Из других мест приезжают.
К о л о д и й. Кто они такие?
П р и х о д ь к о. Этого не знаю. Все на своих машинах.
К о л о д и й. В тот день, когда ограбили магазин, был вторник. А свет в доме Дудчика, говорите, горел…
П р и х о д ь к о. Горел.
К о л о д и й. Гости были?
П р и х о д ь к о. Машин не видел.
Обобщив данные, следователь выехал в Мотовиловское сельпо для проверки кассовых ордеров, а мы — я и начальник райотдела — вернулись в Любар. Определенных выводов у нас еще не было, но чувствовалось, что дело подходит к своему логическому концу. Через два дня наша группа снова посетила Севериновку. Магазин уже бойко торговал. Макар Васильевич в белом халате весело орудовал за прилавком. Увидев нас, удивился:
— Напали на след преступников?
— Напали, — сказал я.
— Кто же они, если не секрет?
— Секрета нет. Заходите к нам в обеденный перерыв, объясним.
На крыльце колхозной конторы председатель с прежней досадой спросил:
— Опять дружков-трактористов вызывать?
— А они чем заняты?
— Боронуют.
— Ну и пусть боронуют.
Ровно в полдень, как и обещал, на пороге встал заведующий магазином. В руках у него мелькнула бутылка водки. Заметив мой недоуменный взгляд, хихикнул:
— Я ведь купил. Не беспокойтесь.
— Да вы проходите, — пригласил Дудчика начальник райотдела.
Ловко расстелив на столе газету, завмаг стал нарезать хлеб.
— Так вы хотели узнать имена грабителей? — спросил его следователь.
Дудчик кивнул.
— Интересно все-таки.
— Но грабитель-то был один…
— И кто же он?
— Вы, гражданин Дудчик.
Завмаг выронил из рук нож.
— Вы шутите?!
— Какие тут шутки, — вздохнул Моргун.
Как показал произведенный обыск на квартире у подозреваемого Дудчика, мы не ошиблись. Пришлось теперь уже бывшему заведующему магазином сознаться во всем.
В этот день кассир Дубовского отделения Сельхозтехники Луговой пришел на работу раньше обычного. Накануне вечером он выдавал зарплату. Но людей было мало — одни конторские. В присутствии главного инженера Шиманского, главного бухгалтера Левченко и слесаря Назарчука кассир закрыл сейф и отправился домой. На улице крутила метель. По лицу секли колючие снежинки. Владимир Иванович поднял воротник пальто, наклонил голову.
— Товарищ кассир! — раздался растерянный голос. — Вы уже домой?
Луговой обернулся. Рядом стоял шофер Костюченко.
— Да, — ответил Луговой.
— Понимаете, машина застряла в дороге, — торопливо заговорил Костюченко. — Запоздал немного. А в кармане — ни копейки. И жена сидит без денег. Может, вернетесь?
— Не могу, Костя. Уже сейф сдал под охрану. Завтра получишь, а пока возьми у меня. Сколько тебе дать?
— Хотя бы десятку. По пути в магазин забегу.
— Получай, — протянул Владимир Иванович ассигнации.
