— Все хорошо, дружище, — попытался я его ободрить, — по крайней мере, на это следует крепко надеяться. Потому как шеф здешних парней — тот самый Белый. Ну помнишь, я выручил его в Гоп-Стоп-Городке.
— А, это который отпустил вас с Арнувиэль?
— Ну да, — согласно кивнул я, — именно он.
— Что ж, — Джон в раздумье потер подбородок, — идем, навестим твоего приятеля.
С трудом встав, он оперся на меня, и в сопровождении шайки мы направились к находившимся неподалеку лошадям. Возвращаться пришлось назад, в сторону старого города, по неширокой, но хорошо утоптанной дороге, свернувшей на запад, к холмистой равнине, усеянной кроваво-алыми маками.
Спустя час езды, оставив позади две одинокие сторожевые башни с обломанными зубцами и ветхий замок с просевшей крышей, мы наконец-то почти добрались к логову Белого. Оно располагалось посреди зеркально-спокойного большого озера на острове, вытянутом в восточную сторону. Это был низкий каменный пакгауз с узкими бойницами, окруженный рвом с водой и защищенный заостренным сверху, по всей видимости, новым, частоколом. По углам стояли четыре бревенчатые башенки, над каждой из которых развевалось знамя черного цвета со скачущими скелетами человека на лошади.
Я, естественно, видел и раньше эти знамена сухопутных пиратов, когда в Ничейных Землях приходилось сталкиваться со Сбродными Шайками. «Но странное дело: что они позабыли в Покинутых Краях? Неужто Белый совсем спятил, приведя сюда своих людей? Или того хуже, поступил на службу к Тени и Черному Королю? Если так, то дела наши плохи… Это будет уже не тот Белый, которого я знал еще не так давно».
Завидев наш отряд, от острова отплыла узкая длинная лодка, подгоняемая взмахами пяти пар весел. Вскоре она была уже у берега.
Оставив лошадей, мы по приказу похожего на пирата типа заняли места на носу. Небольшая часть подручных Белого, человек пять, тоже расположил ась на суденышке, другие остались на берегу, занявшись уходом за лошадьми.
Прошло немного времени, и вот уже лодка мягко уткнулась в прибрежную гальку. Спрыгнув в теплую, подогретую солнцем воду, мы помогли сойти Джону. Великан все еще был слаб, и до прежнего великолепного состояния ему было, ой, как далеко. Вслед за пиратом, минуя по шаткому мостику ров и проход в частоколе, вся ватага направилась к небольшой, но внушительной двери, состоящей из добротно откованной, на заклепках, стали. В ближайшей бойнице замаячило чье-то бледное лицо. Вот оно исчезло, а дверь без единого скрипа мягко отворилась. Впустивший нас что-то невнятно буркнул, вошедшие разбойники столь же невнятно ответили. Затем последовала команда идти.
Узкий, похожий на туннель коридор, освещенный висевшими на стенах факелами, вел нас вперед, не сворачивая в глубь цитадели Белого. Было холодно и пахло чем-то цвелым. По обеим сторонам коридора возникали арочные проемы, где угадывались помещения, заполненные густой темнотой. А также запертые на массивные висячие замки двери.
Повернув направо, мы, наконец, остановились перед открытым входом в комнату, где, несмотря на день, горело множество свечей. Что само по себе говорило о внутреннем расположении и отсутствии окон. «Как кабинет отца в Лонширском замке», — проскользнула отстраненная мысль. И еще подумалось о том, что пакгауз снаружи выглядит намного меньшим, чем есть на самом деле.
«М-да-а, мой приятель Белый неплохо устроился. Ага, а вот и он сам». Хозяин сидел во главе пустующего прямоугольного стола, по обеим сторонам которого стояли тяжелые дубовые лавки с удобными спинками. Какое-то время, видимо, глубоко задумавшись, Белый не обращал на нас внимания. Но вот он, обернувшись, встретился со мной глазами и действительно неподдельно обрадовался. Хм, хотя, возможно, изумления было больше.
— Алекс! Опять ты? — ахнул он. — А говорил, что, вряд ли, мол, когда еще увидимся. Значит, верна пословица: гора с горой не сходится, а человек с человеком запросто. Но, черт побери, как ты попал сюда и где твоя эльфийская подружка? Надеюсь, она таки научилась держаться в седле?
— Долго рассказывать, приятель, — неохотно ответил я, — может, сначала пригласишь присесть? А то, признаться, мы не в лучшей форме после взявших нас в переделку твоих людей.
— Не скромничай, сударь, — не слишком любезным тоном проворчал пират, — угрохав стольких парней, постыдился бы жаловаться. Да и еще вопрос, кто кого взял в переплет.
— Вот как? — Белый вдруг остро, словно бритвой, полоснул по нам взглядом. — А что произошло?
— Старая история, — стараясь выглядеть беззаботным, констатировал я, — твои мальчики вновь приняли меня за дичь. Так что, прости, но сам понимаешь, какая могла быть на это реакция.
— Очень хорошо понимаю, — Белый усмехнулся жутковатой, застывшей гримасой, — волки не терпят травли. И в этом я похож на тебя, Стальная Лоза. Исключение составляет лишь то, что мы из разных стай. Впрочем, опустим эти детали. Прошу вас всех к столу, проходите, пожалуйста.
