— Кхы, кхы, кхы, — Рыжик от неожиданности даже закашлялся, подавившись яблоком, которое с хрустом догрызал. — Во дела! — не сдержавшись, затем воскликнул он. — А вам-то, простите, сударь, на кой ляд ложить голову на плаху? Ладно мы, трое безмозглых кретинов, но вы-то разумный человек.
— Она, эта упомянутая голова, давно находится там, — тонко улыбнулся Белый. — Насчет же того, зачем я решил отправиться с вами… Э-э, тут несколько причин. Ну, во-первых, Я все еще считаю себя должником Алекса, и если он уйдет, то долг этот отдавать будет, увы, скорей всего, некому, а я так не привык. Вторая причина: мне чертовски обрыдли подчиненные, озверевшие, тупые скотины, повинующиеся только благодаря моей железной воле и удачливости. Их беспрекословное послушание будет до тех пор, пока я обеспечиваю легкой добычей и безопасным существованием. Но как вы понимаете, вечно это продолжаться не может. Когда-нибудь и я совершу ошибку, и тогда вся стая обратится против своего вожака. Волчий закон, знаете ли… Н-да… И, наконец, третья причина: всегда хотел увидеть самые потаенные края Покинутых Земель — Элиадор, Байлиран, Нангриар, Алинор. Но в одиночку смелости не хватало или, возможно, безрассудства, а с этими… — он пренебрежительно махнул в сторону двери. — Куда пойдешь? Трусы… Ну так что, берете с собой Белого?
Джон посмотрел на нас и согласно кивнул:
— Лично я не против, лишняя пара умелых рук нам не повредит. Рыжик почесал пятерней огненный затылок и с превеликим сомнением буквально выдавил из себя:
— Да.
И то, наверное, только потому, что мы были пока во власти беловолосого главаря.
— Милости просим, — подытожил я, — если хочешь действительно развеяться и глотнуть свежего ветра, присоединяйся, мы рады.
— И будет на белом свете на одного чокнутого самоубийцу больше, — тихонько прошептал гном.
— Спасибо, — очень серьезно поблагодарил нас Белый.
— Да особо не за что, — с сарказмом хмыкнул в ответ Фин-Дари. — Не верите? Честное благородное слово!
— Сколько тебе требуется на сборы? — осведомился я потом.
— Немного, совсем немного, — успокоил Белый, — вот разве что разговор с моими лихими парнями займет некоторое время, но, полагаю, самое позднее через пару часов я буду свободен.
— Брын-гин-гин-дыль тоже отправляется с нами, — счел нужным заметить я.
— А, понятно, — глаза Белого неожиданно потеплели, — это тот пришибленный тролль, который только и делал, что всем талдычил о своем добром «хозяина», Алекс?
— Он самый, — подтвердил я. — Когда-то давно я взял его в плен, потом отпустил.
— Знаю, — откликнулся Белый, — тролль мне все рассказал. Вскоре мы встали из-за стола, уговорившись встретиться на берегу. Брын-гин-гин-дыль терпеливо поджидал у входа. Как можно незаметней я сунул ему в лапы жирную курицу, тайком стянутую со стола.
— Хозяина, — тролль расплылся в жуткой улыбке, — ты всегда помнить о бедный тролль.
— Лучше б мне отдал, — змеей прошипел гном, — а на этого… Только зря продукты переводить.
— Да ты, обжора, так сильно налопался, что того и гляди лодка перевернется, — сделал я «оптимистический» прогноз. — А с таким набитым пузом камнем пойдешь ко дну.
— Угу, — совой откликнулся гном, утону, а вы ржать будете. Не так, что ли? Знаю я вас. Охальники.
— Бедный тролль не дать рыжий кракодила помирать С голод, — не остался в долгу развеселившийся Брын-гин-гин-дыль, — он кормить ее кости с куриц.
— Спасибо, добрячок, — гном недобро сверкнул ставшими вдруг колючими глазами. — Чтоб ты ими сам подавился. У, блин, горилла пещерная!
В сопровождении все того же смуглолицего мы покинули недра крепости Белого и выбрались под небесную синь. Правда, теперь, в преддверии близкой осени, она слегка поблекла, хотя и сделалась еще прозрачней. Август — месяц…
О берег тихонько хлюпалась ленивая, волна. А совсем невдалеке плескалась крупная рыба, порою даже выскакивая из воды и блестя живым серебром. Над головой изредка проносились большие белые чайки, скрипуче переговаривавшиеся о своих птичьих проблемах. Солнышко поднималось все выше и выше, ласковое и Ясное.
— Странно, — в который уже раз подивился я, — и это те самые страшные Покинутые Земли. Но прав, наверное, Белый, это всего лишь дремучая глушь, куда не удосуживаются заходить даже слуги Тени. Так что все еще впереди…
Мимо нас сновали мрачные головорезы, занятые разгрузкой тяжело осевшего в воду баркаса. Они вытаскивали ящики и мешки, которые затем доставляли в пакгауз. Было заметно, что симпатией эти ребята к нам не сильно пылают. О чем говорили их откровенно злобные взгляды, но мы плевать на них хотели. Грозные фигуры великана и тролля могли остудить самую горячую голову. Да и покровительство Белого кое-что стоило. А вскоре вышел и он сам в сопровождении уже знакомых нам приближенных бандитов.
«Благо среди них нет старого знакомца Желудя, — невольно подумалось мне, — то тот еще подлец и хлопот мог доставить лишних уйму».
