Она в истерике стала носиться по коридорам, ища в пустоте Клео. На этот раз она переборола страх, и теперь собиралась выступить в качестве обвинителя, а не свидетеля, и, наконец, уличить вампира в содеянном.
- Парвик повез ее к Старым Дорогам… - Блес развела руками.
Навязчивая идея ее матери уже давно не удивляла девушку. Она привыкла, что Жалма во всем и всегда винит ее мужа. Поэтому не испытала ни волнения, ни любопытства, когда в дом вместе с ней вошел лекарь и два пристава из тайной службы Его Величества.
- Как только он вернется, позови его ко мне.
- Хорошо, но что случилось?
- Да может, вы объясните нам, что случилось? - вторили приставы.
- Потрудитесь, а то меня звали спасать умирающую, а здесь все здоровы… - лекарь огляделся по сторонам. - Где же несчастная женщина, госпожа Като?
- А меня звали арестовать убийцу. Но что-то я здесь не вижу ни жертвы, ни преступника. - сказал один из приставов.
- Это он убийца! - воскликнула Жалма, показывая на Даниэля, который стоял позади всех. - Он демон в человеческом обличье, и я клянусь, что докажу это!
- Кого же он убил? - пристав посмотрел на парня. - Может, я слепой?
В непростой ситуации разобрался сам Даниэль. Он извинился перед гостями и предельно вежливо объяснил Жалме, что пить столько эля нельзя. Жалма, женщина, которая за всю свою жизнь притронулась к алкоголю только дважды (в день своей свадьбы и в день смерти отца Блес) накинулась на него с кулаками.
В итоге ее пришлось долго успокаивать усилиями всех собравшихся, включая самого Даниэля. Позже Блес призналась мужу, что в таком состоянии видела свою мать впервые.
На следующий день Даниэль решил, наконец, избавиться от женщины, которую уже давно ненавидел. Он позвал Парвика и приказал ему отвезти свою хозяйку в горы, там связать и оставить у подножия серых скал до его прихода. И так как Парвик Лавей был давно уже в его власти и ослушаться вампира не мог, приказ был выполнен беспрекословно и быстро.
Под предлогом срочной встречи с особой высокопоставленной и знатной, чуть ли не из королевской семьи, кучер отвез Жалму в горы, там силой связал и оставил в одиночестве у скалистого обрыва.
Через час в назначенное место явился сам Даниэль. Но не только жажда мести привела его сюда. Если бы он хотел просто избавиться от прозорливой тещи, то попросил бы кучера опустошить ее до последней капли, однако он этого не сделал. Его волновало другое.
