— Привет, Валери, — сказала она, стараясь оставаться веселой и вести себя так, как будто ничего необычного не было- как если бы Адонис не украл ее статью и Лекса не разбудила ее, чтобы сунуть злобную статью ей в лицо.
— Просто зашла кое-что сделать.
— О, ну, у тебя есть несколько сообщений. Я, э-э, перевела их на твою голосовую почту.
— Спасибо.
Но Персефону не интересовали голосовые сообщения. Она была здесь ради Адониса. Она бросила сумочку на стол и прошла через рабочую комнату.
Адонис сидел с наушниками в ушах, сосредоточенно глядя на свой компьютер. Сначала она подумала, что он над чем-то работает — вероятно, редактирует то, что украл, сердито подумала она, но, подойдя к нему сзади, обнаружила, что он смотрит какое-то телевизионное шоу «Титаны за тьмой».
Она закатила глаза. Это была популярная мыльная опера о том, как олимпийцы победили титанов. Хотя и смотрела только часть, она начала представлять себе большинство богов такими, какими они были изображены на шоу.
Аид совершенно не совпадал — бледное, гибкое существо с впалым лицом. Если Аид собирается за что-то отомстить, то это должно было за то, как его изобразили на этом шоу.
Она похлопала его по плечу, и смертный подпрыгнул.
— Персефона, — сказал он, вынимая наушники. — Поздрав…
— Ты украл мою статью, — оборвала она его.
— Воровство- грубый термин для того, что я сделал, Персефона, — сказал он, отодвигаясь от своего стола. — Я дал тебе все лавры.
— Думаешь, это имеет значение? — она кипела. — Это была моя статья, Адонис. Ты не только отнял её у меня, но и добавил туда своё. Почему? Я же сказал тебе, что пришлю её, как только закончу.
Честно говоря, она не была уверена, чего ожидала от него услышать, но это был не тот ответ, который он дал. Он отвернулся от нее. — Я думал, ты передумаешь.
Мгновение она пристально смотрела на него. — Я же говорила тебе, что хочу написать об Аиде.
— Не об этом. Я думал, он сможет убедить тебя, что его контракты со смертными оправданны.
— Позволь мне прояснить кое-что. Ты решил, что я не могу думать самостоятельно, поэтому украл мою работу, изменил ее и опубликовал?
— Все не так. Аид бог, Персефона…
«Я богиня», — хотела крикнуть она.
— Аид — бог, и именно по этой причине ты не хотел писать о нем. Ты боишься его, Адонис. Не я.
Он съежился. — Я не имел в виду…
— То, что ты имел в виду, не имеет значения, — отрезала она.
— Персефона?
Деметрий позвал из своего кабинета. Она и Адонис посмотрели в его сторону.
— На минутку?
Ее взгляд скользнул обратно к Адонису, и она пронзила его последним взглядом, прежде чем направиться в кабинет Деметрия.
— Да, Деметрий?
Она стояла в дверях. Он сидел за своим столом со свежим изданием газеты в руке.
— Присаживайся.
Она села, взволнованная, потому что не знала, что Деметрий подумает об этой статье, — ей было трудно назвать ее своей. Будут ли его следующие слова: «Ты уволена»? Одно дело было сказать, что ты хочешь правды, и совсем другое-на самом деле опубликовать её.
Она думала о том, что будет делать, когда потеряет работу. Теперь у нее оставалось меньше шести месяцев до окончания учебы. Вряд ли другая газета наняла бы девушку, которая осмелилась назвать Бога Подземного мира худшим богом. Она знала, что многие люди разделяли страх Адониса перед Тартаром.
Перед тем как Деметрий начал говорить, Персефона сказала: — Я могу объяснить.
— Что тут объяснять? — спросил он. — Из твоей статьи ясно, что ты пыталась сделать.
— Я была зла, — объяснила она.
— Ты хотела разоблачить несправедливость.
— Да, но это еще не все. Это не вся история, — сказала она.
Она показала Аида только в одном свете — на самом деле совсем без света, просто тьма.
— Очень надеюсь, — сказал Деметрий.
— Что?
Персефона была в замешательстве.
— Я прошу тебя написать больше.
Богиня Весны замолчала, и Деметрий продолжил.
— Я хочу большего. Как скоро ты сможешь опубликовать еще одну статью?
— Об Аиде?
— Именно. Ты написала только поверхностно.
— Но я думала…Ты…не боишься его?
Деметрий отложил газету и встретился с ней взглядом.
— Персефона, я говорил тебе с самого начала. Мы ищем истину здесь, в новостях Новых Афин, и никто не знает правды о Владыке Подземного мира — ты можешь помочь миру понять его.
Деметрий заставил все это звучать так невинно, но Персефона знала, что она навлечет на Аида из опубликованной сегодня статьи только ненависть.
— Те, кто боится Аида, также любопытны. Они захотят большего, и ты дашь им эту информацию.
Персефона выпрямилась по его прямому приказу. Деметрий встал и подошел к стене с окнами, заложив руки за спину.
— Как насчет двухнедельного выпуска?
— Это много, Деметрий. Я все еще на учебе, — напомнила она ему.
— Тогда ежемесячно. Что скажешь о…пяти, шести статьях?
— У меня есть выбор? — Пробормотала она, но Деметрий все равно услышал. Уголок его рта дернулся.
— Не стоит недооценивать себя, Персефона. Просто подумай — если всё будет так успешно, как я думаю, то соберётся очередь людей, которые будут ждать, чтобы нанять тебя, когда ты закончишь учебу.
