А думаю я о том, чтобы напасть на него!
– К-как тогда на свадьбе, – шепчет она… не понимая… понимая, – как тогда…
– Да-да, – улыбаюсь я, – только так… У меня шприц.
Я распрямляюсь для того, чтобы ввести ей лекарство, поглаживая ей локтевой сгиб, делая вид, что ищу вену. Шприц у меня в пальцах и…
– Меня зовут Лена, Елена Киселёва, – громко говорю я ей, но боковым зрением слежу за ним.
– Мама! – восклицает он, наклоняясь.
Правильно, подойди ближе, этого я и жду…
Я быстро разворачиваюсь, всаживаю иглу ему в бедренную мышцу и вдавливаю поршень, но успеваю ввести не всё.
– А-а-а! – Он кричит.
Я чувствую, как игла входит мне в шею… нет, не в шею, успеваю отклониться, в спинную мышцу, и резко отдёргиваюсь.
Хватает меня за волосы.
– Тва-а-а-рь! – дико орёт он. – Тваа-а-арь!
Маша вцепляется в диван, хрипло крича, из последних сил поднимает непривязанную ногу и бьёт его в лицо.
Удар слабый, но от неожиданности он теряет равновесие и падает, я вижу в его руке шприц и не могу понять – там что-то осталось или нет.
Пока он не успел встать, бросаюсь к нему, моя цепь длинная, со всей силы бью ногой по его руке, шприц отлетает под диван, я мгновенно сажусь на него сверху. Он сразу же бьёт меня – кулак… щека, нос… в голове вспыхивает малиновое пламя, но я стараюсь его держать, держать…
– Аа-а-а! – Маша стонет, сползая с дивана, падает. – Цепь!! ЦЕПЬ!!!
Он выгибается подо мной, пытаясь сбросить:
– Тва-а-арь!!!
Он сильнее… я не могу, не могу, не могу удержаться. Хватаю его за волосы, он снова и снова бьёт меня.
– Це-е-епь! – хрипит Маша, подтягивается ко мне и перекидывает через него ногу с кандалой, и цепь оказывается стянутой у него на горле.
– Т-т-т-в-в-в… – Он просовывает руки между стальной нитью и шеей.
– Нет! – ору я, хватаю Машу за ногу и дёргаю, оборачивая цепь вокруг его шеи. – Тяни! – кричу ей, и она тянет, но слабо, так слабо…
– Аа-а-а-а-хр-р-р-р! – Он багровеет, кричит, хрипит.
Я наваливаюсь, упираясь в его голову ногами, и тяну за эту чёртову цепь. Стискиваю зубы и тяну сильнее, чувствую, как кружится голова… Он всё-таки вколол мне дозу. Сколько?
– Шприц! – ору я ей, видя, что она может дотянуться. – Давай шприц!
Руки скользят по холодному металлу.
Краем глаза замечаю, что на полу кровь, её майка и юбка пропитаны тёмными жирными пятнами.
Он извивается, пытаясь скинуть меня и встать, а я слабею и не удержу его долго.
– Шприц!
Он резко дёргается, и я отлетаю в сторону. Он встаёт…
