– Хорошо. – Валентин нажал на кнопку, и фото полетели в мобильник Глеба.
«Лена, Лена, Лена…» – Он ехал домой, думая о том, что было бы, если бы он тогда не устроился работать водителем «Убера» и Елена не села к нему в машину. Что было бы? Жил бы как-то дальше, ел-пил, может быть, даже кого-то нашёл…
– Отпусти меня уже, отпусти. Сил же больше нет, – прошептал он, зажмурившись, – я не могу больше… не могу.
Домой он вошёл, улыбаясь. Он всегда старался приходить домой в хорошем расположении духа или старался его имитировать, хватит и того, что у Киры депрессия.
– Ну что? – Она вышла в прихожую.
– Да, в общем, пока ничего, – Глеб снял куртку, расправил плечи, – рано ещё говорить, Валентин работает.
– А, – отмахнулась она, – всегда одно и то же. Ладно, я там ужин приготовила, иди поешь.
– Лялька дрыхнет уже?
– Угу. – Кира развернулась.
– Погоди, – Глеб достал мобильник, – может быть, тебе знакомы эти люди? Только смотри внимательно.
Она долго вглядывалась в фотографию девушки, потом пролистнула на изображение молодого мужчины, смотрела, смотрела…
– Нет, я никого из них не знаю. Даже намёка нет.
Он убрал телефон:
– Я так и думал.
И пошёл в свою комнату.
– Глеб, ужин! – окликнула она.
– Спасибо, я не голодный. – Он не обернулся.
Ещё в начале расследования первый нанятый им детектив собирал картотеку всех потенциально причастных к исчезновению Елены лиц, но делал это вяло и неаккуратно, потом эту работу продолжил второй сыщик, а расширил и закончил картотеку уже Глеб вместе с Валентином. Они смогли найти всех её немногочисленных любовников, всех проблемных пациентов и их родственников, которых тоже было не очень много. Словом, тех, кто мог мстить.
И сейчас он сел за компьютер и тщательно сверил изображения с теми файлами, которые у него были. И никаких совпадений не обнаружил.
Под звук начавшегося дождя он ворочался с боку на бок и никак не мог уснуть. Что-то беспокоило его, не отпускало.
Он пошёл на кухню, включил маленький свет, достал из холодильника колбасу, отломал кусок хлеба, сел на подоконник и уставился в окно.
Услышав шаги за спиной, вздрогнул, обернулся:
– Ну а ты чего не спишь?
Кира пожала плечами:
– Не спится. Я вот знаешь что подумала. Ты покажи эти фотки Верочке. Ну, на всякий случай.
– Верочке?
– Маминой бывшей помощнице, – пояснила она, – ну, медсестра, помнишь, ты с ней в самом начале разговаривал, темноволосая, смазливенькая такая, с наращёнными ресницами.
– А, ну да, – вспомнил он, внимательно посмотрел на Киру, – молодец! Очень дельное замечание. Хотя всех проблемных пациентов и их родственников за последние три года Лениной работы я занёс в картотеку. Но мало ли что проклюнется. Завтра же позвоню.
Завтра наступило очень быстро, и почти целый день Глеб пытался дозвониться до этой Верочки, но она не брала трубку и не отвечала на сообщения. Глеб уже поручил Валентину проверить достоверность номера телефона и отыскать адрес, чтобы наведаться к ней домой, но ближе к вечеру она перезвонила сама. Оказалось, она теперь счастливая мама четырёхмесячных близнецов, поэтому свободного времени у неё нет от слова «совсем».
Глеб понимал, что девушка просто не хочет с ним встречаться, ей не хочется ворошить прошлое. Он вспомнил её рыдающую взахлёб, когда разговаривал с ней ещё около трёх лет назад – она искренне переживала исчезновение своей начальницы.
– Вера, я всё понимаю, – вздохнул он в трубку, – я правда всё понимаю, но мне очень нужно. Я приеду, куда вы скажете, и не займу много времени. Мне просто нужно показать вам пару фотографий. И всё.
– Ладно, – после долгой паузы ответила она, – я сейчас живу на Академической, буду гулять с детьми в парке завтра после двух. Если хотите, приезжайте.
Он узнал её только по коляске с близнецами – сейчас это была сильно располневшая молодая женщина с круглым уставшим лицом и без наращённых ресниц.
– Не дают ребята маме покоя? – Глеб осторожно заглянул в коляску.
Она заулыбалась:
– Покой нам только снится.
– Мальчишки?
– Угу, – она осторожно потрогала нос одного из них, – Петя на прогулке всегда мёрзнет.
– Неужели второй Павел? – весело спросил Глеб.
– Яков, – Вера качнула головой и глянула на Глеба, – показывайте свои фотографии.
Он достал телефон и открыл изображение.
Каштановые, чуть вьющиеся волосы, глаза тёплого чайного цвета, край блузки в голубые незабудки.
– Нет, – Вера покачала головой, – я не знаю эту девушку, никогда её не видела, она не была ни пациенткой, ни родственницей. Ну, во всяком случае, не помню.
– Понятно. – Глеб сменил картинку. – А этот человек?
Светлые волосы, серые глаза, ничего не выражающий пустой взгляд, какой бывает у фотографий на документы, и рубашка с галстуком.
Она долго всматривалась в кадр, потом перевела взгляд на малышей, взялась за ручку обеими руками:
– Нет, извините, этого человека я тоже не знаю.
– Эх, жаль, – Глеб убрал мобильник, – я, откровенно говоря, и не очень надеялся, но знаете, цепляешься за любую соломинку.
Вера катила коляску, не поднимая на него глаза:
– А кто эти люди?
– Эта девушка пропала так же, как и Елена Васильевна, а этот мужчина – вроде как её жених.
