Амри старался сохранять спокойствие. Чем больше билось его сердце, тем больше воздуха ему требовалось, а Найя не могла вечно вдыхать в него жизнь на дне озера.
Найя ненадолго убрала руки от корня дерева, чтобы обхватить ими лицо Амри.
Их губы встретились, и Найя наполнила его легкие воздухом – на этот раз с нежностью – и оттолкнула его. Сохраняя новые ощущения в душе, он позволил воздуху поднять себя на поверхность воды. Вынырнув, он обнаружил, что шторм бушевал злее прежнего: раскалывал прочные пальмы и разрывал в клочья шатры дусанов. Но дусаны, прильнув к камням, продолжали медитировать, склонив головы, защищаясь от бешеного ветра и режущего песка.
Амри выкашливал из себя воду, пока Перисс вытаскивал его из озера. Дусану приходилось кричать с надрывом, чтобы Амри услышал его на сильном ветру.
– Что случилось?
– Нужно отвести всех дусанов в пещеру, – произнес Амри, продолжая сплевывать воду. – Дереву нужно услышать ваш зов. Найя пытается исцелить его, но ей нужно услышать вашу песню!
– Что ты болтаешь? – Эримон не отставал от Перисса. Ветер сорвал с него плащ, и без статусных отличий ксериксов песчаный мастер еще больше походил на своего брата.
Перисс посмотрел на Эримона с надеждой.
– Наш народ медитирует, посылает мысли и видения во вселенную в надежде, что Тра пошлет провидение. Однако они ничего не предпринимают, даже пальцем не пошевелят ради спасения тех даров, которыми Тра уже наделила их! Если они ничего не делают, то делать буду я.
Он вырвался из хватки Эримона и побежал к ближайшим дусанам, непоколебимо и упрямо группой жавшимся к камню. Амри последовал за ним, но Эримон ухватил его и остановил.
– Так значит, ты его видел? Дерево в самом деле живое?
– И еще сможет спасти нас, если вы в него поверите!
Подобно живому месту на остальном мертвом дереве, в хладнокровном Эримоне блеснула искра света. Словно разрушилась стена, словно он пробудился от сна, в котором слишком долго находился.
– Что же, соберем дусанов. У нас мало времени. – Он встал лицом к озеру и снял со своего пояса рог, но не подул в него, а просто подставил ветру. Штормовой ветер завыл через горн, и долину наполнил резонирующий звук. Перисс, который тщетно пытался растормошить дусанов, которые его либо не слышали, либо игнорировали, поднял голову, прислушиваясь к этому звуку.
Склоненные головы дусанов, сидящих по всему оазису, стали медленно подниматься, внимая звуку. Они посмотрели на рог в руках Эримона, в который дул штормовой ветер.
– Все в укрытие!
Не оглядываясь, Эримон подхватил Амри за верхнюю часть руки и побежал. За ними бросился Перисс. Изо всех сил они мчали по дорожке к пескам, где, возможно, еще был цел каменный путь к пещерам.
– Думаешь, они придут? – спросил Перисс. – Они в глубокой медитации, может быть, не слышали горна…
– Придется поверить в то, что услышали, – ответил ему Эримон. – Мы можем лишь показать им пример… как сделал ты, братишка. Когда выживем, я постараюсь искупить свою вину.
Дорога уже исчезла под зыбучими песками, но Эримон и Перисс и без камней под ногами знали путь. У входа в пещеру Эримон снова достал горн, вставил его в расщелину в породе, и через горн бесконечным стоном завыл ветер.
В хорошо защищенной от непогоды пещере Амри опустился на колени, и из складок его плаща рекой лился песок. Стены пещеры были покрыты рябью от света кристаллов и отражали звучание
– Что с деревом? – спросила видящая-далеко у Амри.
– Живое. – Затем он обратился к двум братьям: – Поторопитесь! Идите туда, где сидит Кайлан. Его песня доходит до дна озера, где находится Найя. Ваша песня должна добраться до дерева!
– Как же остальные… – начал было Перисс.
– Нет времени ждать! Если вас всего двое, то пусть будет так!
Амри кое-как встал на ноги, а дусаны полезли по стене вверх к тому выступу, где на
