Приливы Темного кристалла полностью

– В пещерах не так уж плохо, но я понимаю, что ты имела в виду, – тихо произнес Амри. Найя раздумывала в сомнениях и пока еще сердилась на то, как Перисс подошел к делу, а Кайлан, как обычно, волновался. Никто не спешил сделать первый шаг, да и задуманное Периссом казалось невозможным. Как воскресить дерево, которое когда-то защищало всю долину, а теперь было настолько больным, что даже ухаживающие за ним гельфлинги сочли его мертвым?

Но это было неважно. Важно было спасти Благоключ и всех собравшихся там гельфлингов.

– Ты считаешь, что, если мы оживим дерево, оно защитит долину от шторма? – спросил Амри.

– Верю всем сердцем, – ответил Перисс.

– Оника права. У нас нет иного выбора, мы должны попытаться. Только сначала проясним кое-что. – Амри встал перед Периссом и протянул ему руку. – Сделаем это как друзья, а не как заложники. Согласен?

Парнишка-дусан сначала колебался, но, взглянув на шторм, решился. Он так крепко сжал руку Амри, что Амри подумалось, а не мечтал ли он об этом с самого начала.

– И все же, Амри. Пусть я облегчала страдания Древа-Колыбели, пусть смогла залечить порезы и царапины, но… я не знаю, справлюсь ли с этой задачей, – сказала Найя. – Мы даже не знаем, где там дерево, к тому же внизу кромешная тьма.

– И шторм такой громкий, что звук фирки в нем попросту растворится, – добавил Кайлан.

Амри не стал прислушиваться к сомнениям друзей. Спорить бесполезно, потому что они все-таки правы. Но слова Оники кое о чем ему напомнили: они находились в пещерах.

– Перисс, – произнес он. – Я чувствую, что где-то у нас под ногами есть вода. Вода из Благоключа поступает в пещеру?

– Да…

Амри кивнул. Хорошо.

– Оника с Кайланом останутся в пещере, здесь они будут защищены от шторма. Найя и Перисс, вы пойдете со мной: мы вернемся в оазис. Пойдем к озеру, где находится… или когда-то находилось дерево.

– Звук фирки ни за что не донесется до дерева отсюда! – запротестовал Кайлан. Амри, положив руку на плечо другу, слегка сжал его.

– В горной воде содержится много минералов. Ты ощутил их вкус в Благоключе. Из минералов в подземных реках образуются кристаллы. Такие минералы отлично проводят звук. Чем чище минерал, тем лучше. Так гроттаны общаются в пещерах.

– Я не знаю, смогу ли… я ведь не гроттан…

– Ну и что. Я в тебя верю!

Плечи Кайлана напряглись, но, когда Амри встряхнул его, он покорно кивнул и сказал:

– Попробую найти такое место, где звучание фирки найдет резонанс.

– Играй песню жизни. Взывай к дереву. Чтобы найти его в глубине озера, нам понадобится твоя помощь… если сможешь пробудить дерево, возможно, Найя сможет исцелить его.

Амри натянул капюшон на голову, пытаясь не обращать внимание на страх перед выходом в непогоду. Найя встала рядом с ним, а за ней и Перисс. Прощаться с Кайланом и Оникой не хотелось, чтобы не создавать ощущение, будто они не вернутся. И он не стал прощаться, а просто вышел из пещеры, ощущая идущих за ним Найю и Перисса.

Возвращение в оазис оказалось более мучительным, чем путь из него. Теперь буря бушевала прямо над ними, словно она обладала собственным разумом и больше всего на свете хотела истребить Благоключ без остатка. Они с трудом пробирались по песку, стараясь наступать повыше, чтобы не проваливаться в него. Амри почувствовал, как к его шее жмется Тавра, и покрепче прихватил рукой капюшон, чтобы не потерять ее в неутолимой буре. Когда они спустятся на дно озера, ее помощь еще понадобится.

Когда они наконец оказались на поросшей травой дерновине Благоключа, было ощущение, будто они оказались на омываемом волнами берегу океана, но времени на отдых не было. Амри потянул Найю к озеру. Под давлением шторма водная гладь была покрыта пенистыми пиками, а вокруг на берегу Амри заметил темные силуэты дусанов. Они не пытались спрятаться в укрытии. Они не пытались сбежать. Они словно вообще не замечали обрушившегося прямо на них шторма.

Но сейчас не было времени думать о них. Амри снял плащ, Найя тоже.

– Ты тоже собрался вниз? – спросила она. – Но ты же не умеешь дышать под водой!

– А ты не видишь во тьме, – крикнул он в ответ. – Ты поможешь мне дышать!

– Что здесь происходит? – К ним подошел Эримон, единственный, кроме Перисса, не погруженный в медитацию дусан. Из-за песчаных вуалей было трудно определить, было ли его лицо перекошено от злости или от беспокойства.

– Мы могли бы задать тот же вопрос! – крикнул Амри. – Вы же говорили, что шторм сюда не придет!

Эримон скривился.

– Куда вы собрались?

– В озеро. Мы оживим дерево, – сказал Перисс, вызывающе оттаскивая Эримона в сторону. – И ты их не остановишь.

– Нет! – вскрикнул Эримон и повернулся лицом к брату. – Перисс, послушай меня! Хотя бы раз в жизни послушай! Дерево умерло. Тебе пора успокоиться. Мы ничего не можем с этим сделать. Нам не остается ничего другого, как сдаться на волю Тра. Ну почему ты никак этого не поймешь?

– Может, ты не слышишь его песню, но я слышу. Я слышу ее в моих снах и в моих кошмарах. Мне не поверил мой родной клан, поэтому я привел тех, кто способен поверить!

Эримон отпихнул Перисса в сторону и попытался образумить Найю и Амри.