Мало того, что повелителю огненных пустынь целое измерение преклоняется — все тут умирать ради него готовы и счастливы, так у него ещё и провидица есть!
Плохи мои дела.
— Да, — подтвердила мои очередные худшие опасения Элене. — Правда, вижу чаще прошлое, чем будущее. К тому же — судьбу кого угодно, но только не свою собственную, — заново улыбнулась, хотя тёмном взоре поселился колючий холод, а через короткую паузу она добавила совсем тихо, почти беззвучно: — И я знаю, что Амитиасу Адальстейну Эльрилейрдскому суждено умереть из-за тебя.
Интересно, это я ослышалась, или она меня просто-напросто напугать так решила, или же сейчас действительно оказалось озвучено самое настоящее пророчество?
Впрочем, поражалась я этому фактору, ровно, как и размышляла о нём, не так уж и долго. А всё почему? Да потому что цветущий яблоневый сад озарил громкий радостный вопль:
— Мама! Мама! Мамочка!
Вдоль выложенной мраморными плитами садовой дорожке бежал мальчишка лет пяти, облачённый в тёмную одежду на манер той, что привычно носят здешние маги крови. За ним неслось две женщины в тёмных безразмерных балахонах, но те заметно отставали, подозреваю, из-за «удобства» своих нарядов.
— Мамочка! Мамочка! — прозвучало ещё громче прежнего, а мальчишка шлёпнулся к ногам первой фаворитки повелителя огненных пустынь, обняв родительницу обеими руками. — Я вернулся! — озвучил гордо с лучезарно счастливой улыбкой… кто?
Маленький эйн.
Кем же ещё ему быть!
— Нейл, где твоё воспитание? — строгим тоном отчитала ребёнка Элене, не разделив его восторженного порыва. — У нас гости, — показательно перевела взгляд в мою сторону. — Фаворитка нашего эйна, — добавила многозначительно.
Мальчишка нахмурился. Да и вообще только сейчас словно меня заметил. Улыбка на его лице вмиг угасла. Он поднялся на ноги и с демонстративно серьёзным выражением прижал сжатую в кулак руку к груди, слегка склонив голову.
— Добро пожаловать в К`Арин, госпожа, — произнёс деланно почтительно.
Я же задумалась о том, кто из нас двоих ещё перед кем кланяться должен.
— Фрейя, — подсказала тем временем Элене. — Её зовут Фрейя.
— Добро пожаловать в К`Арин, госпожа Фрейя, — послушно поправил сам себя Нейл.
И так и не шевелился больше, взирая на меня всё в той же полу преклонной позе.
— Спасибо, — поблагодарила я ответно.
Вот теперь он выпрямился. Ненадолго. Уселся на подушки рядом с матерью. Но так и не произнёс больше ни слова. Хотя, учитывая, начало нашего знакомства, могла бы поклясться — не моё присутствие, давно бы уже вовсю щебетал о том, откуда он там вернулся и чем был занят.
— Госпожа Фрейя пробудет вместе с нами в К`Арине ещё несколько дней, — продолжила пояснять первая фаворитка. — Вместе с эйном.
Нейл понятливо кивнул. Никаких вопросов о самом повелителе огненных пустынь от него также не последовало, как бы странно то ни было.
Возникшая пауза затягивалась.
А я вернулась к мыслям о том, как прежде Элене говорила об отравлении.
Судя по всему, моему присутствию маленький эйн не обрадовался. Точнее, не так умело скрыл сопутствующие эмоции, нежели его мать.
Что-то не похоже на «безусловно благодарны и рады»!
К тому же, если припомнить историю миров и тот факт, как потомки правителей, по обыкновению, боролись между собой за право престолонаследия, так и вовсе… Не зря же все родные братья нашего эйна находятся в самых отдалённых друг от друга уголках Аксартона, а некоторые — вовсе в ссылке в иных измерениях. Да и слова Элене о том, что Амитиасу Адальстейну Эльрилейрдскому суждено умереть из-за меня, тоже радужных красок в витающую вокруг атмосферу напряжённости никак не добавляло.
Интересно, правда?
Или солгала…
Пиалу с предложенным напитком в итоге я отставила от себя подальше, так и не попробовав содержимого. Перехотелось, образно говоря.
И я бы и вовсе покинула «дивную» компанию первая-фаворитка-плюс-маленький-эйн, если бы успела. Но не успела. Причина всех моих бед (то есть повелитель огненных пустынь) показался в конце садовой дорожки.
Все присутствующие замерли в почтительном поклоне. Все, кроме меня. Просто пока другие вспоминали о традициях и обычаях Аксартона, лично я вспоминала о крепких жарких объятиях, из-за которых еле уснула только перед восходом солнца. Так я и застыла, самым внезапным образом залюбовавшись суровыми чертами лица облачённого во всё чёрное мужчины.
Неудивительно, что некоторые из наложниц его гарема действительно своей жизнью готовы расплатиться, лишь бы он обратил на них внимание…
На этом все остатки моих мало-мальски позитивных мыслей скончались.
