В помещении, задрапированном пурпурной тканью, горел тусклый свет. На полу аккуратными рядами лежали большие подушки для медитации. Всё было уже подготовлено к завтрашнему занятию.
– Мы не одни, – прошептала Берта Кингсли, запирая дверь изнутри. – Здесь только что кто-то был. Я определённо почувствовала его ауру.
– Чью? – улыбнулась Джейд, которой всё это казалось довольно забавным.
– В том-то и дело, что я не могу понять. Раньше со мной такого не бывало, – сокрушённо ответила преподавательница и вдруг её лицо посветлело. – Раз уж мы здесь…
Она подошла к шкафу, достала связку ключей и отперла три замка. Верхний был спрятан в декоративной розетке, средний – в боковой стенке, а нижний – в ручке, которую Берта Кингсли повернула влево. Массивные дверцы со скрипом распахнулись. Преподавательница принялась рыться на полках, выдвигать и снова задвигать ящички.
– Быть такого не может!
– Я не хотела бы вас торопить, но моя подруга Орла ждёт меня наверху, – сказала Джейд, когда Берта Кингсли начала вышвыривать содержимое шкафа на пол. – Что вы ищете?
– Гадательный кубок.
– Кубок? – переспросила Джейд, с улыбкой оглядывая образовавшийся беспорядок.
– Да, Семиглазый кубок. Вообще-то это просто узорчатая чаша с семью красными рубинами, – ответила Берта Кингсли и подняла глаза. – Без неё я не могу пророчествовать.
– Понимаю…
– Ничего ты не понимаешь, – простонала преподавательница и снова выдвинула ящик.
Джейд пожала плечами:
– Может, вы взяли кубок домой?
– Домой?! Ни в коем случае. Если его нет здесь, это означает только одно.
– И что же?
– Он украден, – прошептала Берта Кингсли и с отчаянием в голосе воскликнула: – Какая трагедия!
– Почему? – спросила Джейд, помогая преподавательнице вернуть на место выброшенные из шкафа вещи.
– Я боюсь, что некто, чрезвычайно искусный в чёрной магии, смог расшифровать мои пророчества при помощи этого кубка.
Когда всё было возвращено на места, Берта Кингсли тщательно заперла дверцы.
– А что вы напророчили? – заинтересованно спросила Джейд.
Прорицательница усмехнулась.
– Мне-то откуда знать? Я всего лишь медиум, посредник. Смысл предсказания открывается только тому, кому оно адресовано. Сегодня утром мастер Гридлок попросил меня показать тебе кубок. Вдруг ты что-нибудь поймёшь? Ведь у тебя, судя по всему, уникальные способности. А он… – Берта Кингсли растерянно огляделась. – Он исчез!
– Вы предполагаете, что в пророчестве, которое вы получили, было сообщение для меня? – хрипло спросила Джейд.
Берта Кингсли кивнула и, приоткрыв дверь, осторожно оглядела коридор.
– Это предположение мастера Гридлока. Идём. Я должна сообщить магистру о краже, только сначала зайду домой и всё там перерою. Ты права: вдруг я по рассеянности унесла кубок с собой?
Джейд выскользнула из кабинета.
– А кто знал о том, что мастер Гридлок предлагал показать кубок мне? – спросила она.
– Никто. – Берта Кингсли тоже вышла и заперла дверь. – Члены Суда времени были рядом, но магистр отозвал меня в сторону.
– Может, кто-то всё-таки услышал?
– Исключено. Однако не будем сходить с ума. Сначала я поищу кубок дома. А ты никому ничего не говори.
– Окей.
Когда они вошли в коридор, ведущий в приёмную, Орла болтала с Эрнестом Страутом.
– Ты тоже чувствуешь эту вонь? – раздражённо спросила Берта Кингсли.
Джейд, скривив лицо, кивнула. Пахло тухлыми яйцами.
– Орла! – окликнула она подругу.
Та обернулась.
– Ну наконец-то! Миз Брайс и Лавены давно след простыл. Они вышли первыми, даже раньше Питера Полькинса.
Джейд и Берта Кингсли переглянулись, сделав вывод, что, чьё бы присутствие предсказательница ни почувствовала при выходе из зала суда, ни Лавена, ни Зельда быть этим человеком не могли.
– Мистер Страут уже собрался идти выяснять, всё ли с тобой в порядке, – сказала Орла.
– Да, всё хорошо, – ответила Джейд, широко улыбнувшись.
– Ещё как! – подтвердила Берта Кингсли. – Полностью оправдана!
– Ах-ах-ах! – закудахтал секретарь, сидя над стопкой писем для новициев.
– Что-то не так, мистер Бейкер? – спросила преподавательница, озабоченно склонившись к его окошку. – И чем это у вас так мерзко пахнет?
Старик в отчаянии посмотрел на неё сквозь толстые стёкла очков.
– Видите ли, миз Кингсли, как только я закончил раскладывать письма по конвертам, моя жаба предсказала остановку времени. А вы же знаете, какой запах они при этом распространяют. Как назло, в тот самый момент глупое создание сидело прямо на стопке писем. Так что теперь понюхайте сами.
Берта Кингсли взяла верхний конверт, поднесла его к лицу и, поморщившись, бросила обратно на стол.
– Нет, Страут, в таком виде это отправлять нельзя.
– Боюсь, у меня нет выбора, – возразил старик и помахал конвертом, пытаясь выветрить вонь. – Арункус я уже пробовал – не помогло. О переписывании даже речи быть не может. Ведь каждое письмо заверяется Судом времени.
– Да, дилемма, – сказала Берта Кингсли, потирая подбородок. – Но зачем вы держите именно жабу?
Джейд и Орла с улыбкой переглянулись. Страут пожал плечами.
