– Я уверена, что в миссии на Отаке капитан Зенха потерпел неудачу из-за моего отца! Поскольку Император не счел этого мужчину достойным женихом для меня, он решил все сделать по-своему. Ему мало было просто отказать – он захотел подорвать репутацию этого человека и выставить его на публичный позор, даже если это будет стоить жизни тысячам верных имперских солдат!
Мохайем окинула ее оценивающим взглядом:
– Ты хочешь сказать, что Император пошел бы на такое?
Уже обдумав этот вопрос, Ирулан быстро ответила:
– Да! И я хочу знать, имеете ли вы какое-либо отношение к этому жестокому плану.
Преподобная мать вскинула брови:
– С чего бы мне лезть в такое дело?
– Потому что вы следите за селекционным индексом Бинэ Гессерит и сочли Моко Зенху неподходящим генетическим партнером для меня, с неправильной родословной. Вы могли уговорить отца перечеркнуть ему возможность жениться на мне. Вы больше, чем Вещающая Истину при Императоре; он ценит ваши советы.
Старая женщина хрипло усмехнулась:
– Пожалуй, так и есть, но в данном случае мне не пришлось вмешиваться. Предложение Зенхи выглядело абсурдным с того самого момента, как прозвучало, и Император решил вопрос таким образом, чтобы другие нежелательные женихи никогда не осмелились просить твоей руки. Я не волновалась по этому поводу. – Она прищурила свои темные глаза: – Я не имею к этому никакого отношения. Впрочем, если бы твой отец попросил моего совета – чего он не сделал, – я сказала бы ему, что флотский капитан неподходящая партия для принцессы крови, как и для любой сестры Бинэ Гессерит.
Хотя Ирулан и не имела ясновидческих способностей, она не думала, что Мохайем лжет.
– То есть вы подтверждаете, что я есть в селекционных списках Школы Матерей?
Мохайем улыбнулась, и глубокие морщины вокруг ее губ разгладились:
– Каждая сестра внесена в тот или иной селекционный список. Ты старшая дочь Шаддама Коррино и леди Анирул, Бинэ Гессерит Скрытого ранга. Разумеется, твоя родословная представляет для нас исключительный интерес. Необходимо соблюдать определенные стандарты.
– Значит, Зенха был обречен на провал с того момента, как эта идея пришла ему в голову…
Мохайем уставилась на стену-аквариум, глядя, как шипастая рыба проплывает мимо, словно солдат в карауле.
– Ему еще повезло, что твой отец не казнил его.
– Я не назвала бы это везением. Ожидалось, что он погибнет во время миссии вместе со всеми остальными несчастными.
Какое-то время они вместе наблюдали за стаей морских хищников – те смотрели на них в ответ через изогнутое стекло и разевали пасти, демонстрируя острые зубы. Одна из рыб боднула твердую прозрачную поверхность, будто собираясь протаранить двух женщин. Ни Ирулан, ни Мохайем не моргнули глазом, и грозный хищник поплыл дальше.
Преподобная мать повернулась к Ирулан, переходя к другой теме:
– А теперь я должна обсудить с тобой более важный вопрос, чтобы убедиться, что ты понимаешь свою роль и свои обязательства. Ты прошла многолетнюю подготовку на Уаллахе IX с определенной целью. Ты – самая высокопоставленная из сестер Бинэ Гессерит при императорском дворе. На тебе лежит большая ответственность перед Сестринством. Не отвлекайся от своих обязанностей.
Ирулан напряглась:
– Я благодарна Сестринству за годы обучения в Школе Матерей. Занимая свое положение при дворе, я представляю и Орден Бинэ Гессерит – частично. – Теперь ее лицо ожесточилось, а взгляд стал резким, как у одной из тех хищных рыб. – Но я не ваша марионетка, преподобная мать! Как принцесса крови, я предана своему отцу и Империи с одной стороны, и в равной степени Сестринству – с другой.
Мохайем оторопела от такой перемены в ее настроении:
– Дитя мое, Империя – это всего лишь искусственная конструкция управления, чересчур разросшаяся и слишком древняя, чтобы работать с прежней эффективностью. Твой отец и его агенты даже не замечают слабых мест и постоянных мятежей, как и запутанного клубка противоречий. Но мы, Сестринство, продолжаем дергать за ниточки. И ты – ключевое звено нашего Ордена, благодаря своему рождению и подтвержденным способностям.
Ирулан промолчала. Используя навыки Бинэ Гессерит, чтобы совладать со своими чувствами, она ничего не сказала в ответ, но ее старая наставница хорошо умела читать язык тела.
– Тебе нечего сказать? – требовательно вопросила Мохайем.
– Вы дали мне много пищи для размышлений, преподобная мать. Я разрываюсь между преданностью государству и Сестринству, но всегда должна помнить, что Дом Коррино правит Империей уже десять тысяч лет.
«А еще у меня есть собственные планы и желания», – подумала Ирулан, но не сказала этого вслух.
По привычке она почтительно склонила голову, поймав властный взгляд пожилой женщины. Мохайем резко развернулась и, шелестя темными одеждами, покинула аквариумный этаж, оставив Ирулан в одиночестве любоваться редкими ленивыми рыбами, не подозревающими о существовании Империи, частью которой они являлись.
