Бессмертные с идеальной внешностью, которой бы позавидовала бы и юная принцесса Лаола, словно тыкали её лицом в тот факт, что уважают Илхессу лишь такие же бездарные слабаки, как она сама, а перед могуществом и бесконечной мудростью древних Бессмертный магов — она лишь глупое, дикое животное из леса. Жалкое подобие мага. И это был неоспоримый факт. Между Мудрейшими и всеми другими магами лежала непреодолимая пропасть. Только они были способны правильно использовать голубые, синие, фиолетовые и черные магические кристаллы.
Их комбинация в руках Мудрейших превращались в непостижимые и мистические артефакты, тогда как для неё и всех окружающих магов, те представлялись лишь странными и ничем непримечательными камнями, в которых даже не чувствовалось никаких накоплений магической энергии.
Древние и современные маги были совершенно на разных уровнях. Могущество древних поражало, заставляло трепетать и склонить перед ними колени в страхе и раболепии. Молить лишь о том, чтобы гнев покровителей Северного Конклава не обрушился на тех, кто посмел интригами и хитростью возглавить коллегию и гордо называть себя Великими Архимагами.
Купаясь в лучах славы и признания в самой Башне, Илхесса всегда возвращалась из сокровищницы, после очередной встречи с Мудрейшими, как раздавленный и выжатый фрукт. У неё портилось настроение, пропадала уверенность в своих силах, и нужен был кто-то, кто быстро вернёт ей растоптанное самолюбие. Покорные, ползающие перед ней на коленях слуги и старающиеся ублажить каждую её прихоть личные помощники-ученики, подходили для этого, как нельзя лучше.
Уже через час плотских утех в обществе беспрекословно подчиняющихся холуёв, женщина почувствовала себя намного лучше. Нет! Она больше не намерена терпеть унижения, которым её подвергают Мудрейшие. Она закроет сокровищницу для посещения насовсем! Бессмертным не нужна еда и питьё. Они не требуют прибираться в их сокровищнице, но там почему-то всегда идеально чисто.
Более того, они вообще не отдают Высшему совету Конклава никаких прямых распоряжений, не направляют их действия, если те сами не приходят за их благословением и советом, а значит, Илхесса прекрасно проживет и без их благословения. Она — первый эльф, что смог занять место в Высшем совете и пережил уже три поколения сменившихся друг за другом архимагов-людей.
Она привела в совет пятерых своих соплеменников. Она — самая мудрая и зрелая среди всех, кто сейчас может возглавить Северный Конклав. Она — Великий Архимаг, а раз не существует более высокого и значимого титула для магов, то она его создаст сама! Она станет Высшим Великим Архимагом и поведет Северный Конклав за собой.
Последняя встреча с Мудрейшими вызвала в магессе стойкое желание отделиться от наследия древних, с которым она просто не могла конкурировать и одновременно отделаться от их жестких, и зачастую непонятных требований. Она не хочет посвящать всю свою энергию поиску и возвращению в сокровищницу разбросанных по миру артефактов. Ей, если быть предельно честным, от этого ни холодно и ни жарко. Она ненавидит топи Йоршира и Песчаных акул Дезерта, все эти пропахшие запахом тлена и плесени древние руины. Брррр… Она хочет живой, завораживающей красоты, тепла, чувственной страсти и вечного могущества. Забыть о Дезерте, Йоршире и Империи Гот, и править Конклавом без оглядки на желания и ограничения Мудрейших.
Их не интересует, чем ученики Башни будут питаться и за счет чего развивать свои магические способности, если Империя Гот перекроет доступ к кристаллам Орфа и пище из Ардора и Ракула. Бессмертным не нужны ни кристаллы, ни пища, а она думает в первую очередь о воспитанниках Башни. Разве она не права?
В этот момент женщину словно осенило, что это Мудрейшие нуждаются в них, а не они в Мудрейших. Бессмертные требуют нести к ним артефакты и магические кристаллы, хотя сами могли бы их добыть куда быстрее и легче, чем слабые и постоянно гибнущие в экспедициях в опасные места маги и их ученики. В прошлом году их погибло вдвое больше, чем пришло новичков.
Всё! Она больше не желает в этом участвовать. По сути, с такими мыслями она сама становилась магом-отступником, но если убедить всех своих собратьев и учеников, а также тех, кто будет готов за ней пойти, отделиться, на всякий случай перед этим замуровав подземелье северной башни, то она сможет избежать травли бывших союзников. Можно вообще не объявлять об отделении. Филиал! Она просто организовывает новый филиал, а работать он будет уже по-другому. По новому. Она сама создаст новые правила, без учета этих пугающих Бессмертных из сокровищницы под башней Конклава магов.
От этих мыслей в груди женщины вспыхнул жар. В минуты опасности и принятия жизненно важных решений, каждый настоящий маг мог получить временный бонус к личной магической силе, который каждый использовал в зависимости от своих предпочтений и разученных способностей.