Принцесса или ведьма полностью

– Но это же башня мальчиков!

– Я предпочитаю… мужские туалеты.

Она спряталась за скульптурой полуголого мужчины с рыбьим хвостом, хватая ртом воздух. «Что со мной творится?» Почему рядом с ним перехватывает дыхание? Почему её тошнит всякий раз, когда он смотрит на неё? Почему он теперь смотрит на неё так, словно она… девочка? Агата с трудом подавила крик.

Нужно остановить нападение Софи.

Если Софи покается, если попросит у Тедроса прощения, то ещё есть надежда, что он снова примет её! Вот он, счастливый конец сказки! Не будет больше никаких странных взглядов, боли в животе, страха, что она утратила контроль над собственным сердцем.

Вокруг разрисованной стены собиралось всё больше учеников и учителей, а Агата тем временем уже добралась до Зверинца Мерлина, фигурные кусты в котором наконец снова выросли до прежних размеров после пожара. Она добежала до последней скульптуры молодого Артура; тот стоял посреди озера и мускулистыми руками вытаскивал из камня меч. Только вот на этот раз она видела не Артура, а его сына, который подмигивал ей. Агата побледнела от ужаса и прыгнула в ледяную воду.

– Пропусти меня! – крикнула она, подбегая к отражению на Мосту-на-Полпути. – Мне нужно остановить Софи, прежде чем… – Агата вытаращила глаза. – Подожди-ка. А где я?

На неё смотрела восхитительная принцесса с чёрными зачёсанными волосами, в потрясающем тёмно-синем платье, расшитом золотыми листьями, с рубиновым кулоном на шее и диадемой из голубых орхидей.

Агату охватило чувство вины. Она узнала эту ухмылку.

– Софи?

Добро с добром,

Зло со злом,

Иди в свою башню, или достанется поделом.

– Я настоящая злодейка, так что пропусти меня, – приказала Агата.

– Почему это? – удивилась принцесса. – Потому что ты настойчиво ходишь с прежней причёской?

– Потому что у меня есть соображения насчёт твоего принца!

– Самое время.

– Вот и хорошо, пропусти меня… что? – Агата нахмурилась. – Но это же зло! Софи, он же твоя настоящая любовь!

Принцесса улыбнулась.

– Я предупреждала тебя в прошлый раз.

– Что? Кто предупреждал, кого, когда?..

А потом Агата вспомнила, как приходила сюда в последний раз.

Он твой.

У неё отвисла челюсть.

– Но это значит… это значит, что ты…

– Настоящая принцесса. А теперь прости, но мне пора готовиться к балу.

С этими словами принцесса Агата пропала из отражения, оставив барьер целым и невредимым.

– М-м-м… это уже шестой кусок, – сказала Кико, увидев, как Агата берёт очередную порцию вишнёвого пирога.

Агата, пропустив её слова мимо ушей, сунула пирог в рот, борясь с угрызениями совести. Она расскажет Софи. Да, она расскажет Софи всё, а Софи истерически расхохочется и поставит её на место. Она принцесса? Тедрос – её настоящая любовь?

– Будешь есть? – с набитым ртом спросила Агата.

– А я-то думала, ты прогрессируешь, – вздохнула Кико, отдавая ей свой кусок.

Пережёвывая его, Агата задумалась о том, как же попасть в школу Зла. После первых нападений учителя установили на башни Добра защиту от могрифов, предполагая, что Софи пробирается в школу под видом мотылька, лягушки или кувшинки. Но Софи всё равно нашла дорогу.

«Значит, должен быть другой вход», – подумала Агата. Даже не задумываясь, она поспешила из столовой туда, куда отправлялась, когда ей нужны были ответы.

Агата сразу же заметила новые экспонаты музея Добра. Окровавленная туника Тедроса лежала в витрине с надписью «Испытание века»; рядом висел краткий рассказ о злополучном союзе Тедроса и Софи. На стекле она заметила десятки отпечатков пальцев – должно быть, девочки пожирали тунику взглядами. Борясь с подкатывающей тошнотой, Агата убежала в отдел истории школы, где на десятках карт изображался процесс строительства башен. Она попыталась найти на них секретный проход, но вскоре глаза устали, и она ушла к знакомой нише в углу.

Она прошла мимо всех портретов Читателей и остановилась возле картины, изображавшей её и Софи у озера. На глазах тут же выступили слёзы – она увидела себя и свою когда-то лучшую подругу. В высокой башне Директора школы Сториан готовился писать концовку сказки. Как далеко она уведёт их от этого солнечного берега?

Агата посмотрела на последнюю картину в ряду. Мрачное видение: дети бросают книги сказок в костёр, а лес вокруг них пожирают языки пламени и клубы дыма.

«Пророчество о Читателе», – говорила леди Лессо.

Неужели это – будущее Гавальдона?

Её виски пульсировали, она пыталась понять, что же это значит. Кому так важно, что какие-то дети сжигают книги? Почему Гавальдон так важен для Садера и Директора школы? Как насчёт других деревень?

«Каких других деревень?»

Агата посчитала эти слова Директора школы просто незаконченной мыслью. Мир состоял из таких же деревень, которые находились где-то за пределами гавальдонского леса. Но почему их нет в этой галерее? Почему оттуда не похищают детей?