Сжимаю руки в кулаки и опускаюсь на постель. Мне бы пойти и наорать на него, высказать всё, бросить в лицо оскорбительную правду, как я, вообще, отношусь к нему, и как ужасно он поступает со мной своим поведением, но тогда я тоже стану второй Флор. И я пойду туда не для того, чтобы выплеснуть из себя негодование и накопившуюся ревность, а для того, чтобы посмотреть на него, и самой убедиться, что его зрачки в норме. Да-да, это всё предлоги, но, чёрт возьми, она их у меня украла! Из-под носа увела!
Не знаю, куда деть горячую злость, расхаживаю по спальне, лишь бы не позволить себе сотворить глупость. Пусть. Нет, действительно, пусть она его облизывает с головы до ног, а когда узнает, кто он такой, вот тогда я буду хохотать громче всех. Для меня это наиболее удобная позиция сейчас, потому что сердце безумно стучит в груди, даже в голове странный шум от бурлящих отрицательных эмоций. Да пошёл он, не буду я извиняться за то, что сделала с ним. Так ему и надо. Точка. Он это заслужил!
Неожиданно в мою спальню со стороны ванной распахивается дверь, и появляется Рафаэль уже в футболке, раньше был только в спортивных брюках.
– Зрачки, – холодно напоминает он, направляясь к моей постели, и нагло садится на неё, протягивая мне фонарик.
Приоткрываю рот от этого безобразия. Он что, издевается?
– Тебе их уже проверили, – зло замечаю я, складывая руки на груди.
– И кто же? Святой дух? – Шипит он.
Рафаэль ещё такой бледный, несколько помятый и волосы взъерошены, но это не умаляет того, что он делает со мной. Да-да, не буду я вестись на этот развод.
– Флор, – подсказываю ему.
– Ага, сейчас, миллион раз сейчас. Зачем ты прислала её ко мне? Вообще, какого хрена я проснулся, а она сидит рядом со мной, да ещё и трогает меня? Неужели, это разрешено правилами сестринства? – Повышая голос, Рафаэль поднимается, но тут же падает и жмурится, видимо, голова кружится.
– Я не хотел её видеть, – уже тише добавляет он, распахивая мутные глаза. Я удивлена, нет, даже больше. Выходит, что Флор мне соврала и специально решила настроить меня против него, упомянув о том, как он обо мне отзывается. То есть моя злость была бесполезной, и я вновь пожелала ему смерти ни за что? О, мамочки! Господи, я сделала это снова!
– Я подумала, что Флор твоя подруга, и тебе было бы приятно, если она поухаживает за тобой, – медленно произношу и подхожу к нему.
– В следующий раз, прежде чем думать за меня, спроси: что я хочу. Да и прекрати думать, тебе не идёт, Мира, – язвительно шипит он, когда я включаю маленький фонарик и приближаюсь к его лицу.
Сношу оскорбление, хотя мне обидно. Я же ничего сейчас плохого ему не сделала, наоборот, позволила обманщице Флор побыть с ним. Не понимаю, за что он так со мной.
Проверяю каждый его глаз и кладу фонарик обратно на кровать возле парня.
– Всё в порядке. Зрачки в норме, – шепчу я, опуская взгляд. Вот будет хорошо, если я сейчас расплачусь. А мне хочется, очень хочется пореветь из-за его отношения ко мне, я даже чувствую его ненависть в воздухе.
Рафаэль поднимается и подхватывает фонарик, намереваясь уйти.
– Ты злишься на меня, потому что думаешь, что я хотела этого? Хотела убить тебя? – Тихо спрашиваю его, решительно поднимая голову.
– Что? – Недоумённо поворачивается, замирая в дверях.
– Ты рычишь на меня, грубишь мне, обзываешь, оскорбляешь, материшься. И я не углядела за тобой, поэтому ты и вылетел из седла. Я думала о тебе и о том плохом, что для меня выглядело хорошим. А потом всё произошло очень быстро, я… прости меня, я не желала тебе сотрясения, Рафаэль. Не думай, пожалуйста, что я, действительно, мечтаю о твоей смерти, как не раз упоминала. Это были слова, брошенные из-за страхов и на пике эмоций. Знаю, что они ужасны, но никак не отражают моих настоящих мыслей. Мне жаль, что ты упал и ударился, а теперь тебе прописан постельный режим, и я старалась сделать всё, чтобы как-то извиниться хорошими поступками, поэтому и разрешила Флор принести тебе ужин, – обхватываю себя за плечи, защищая рывками бьющееся и скрипящее сердце от его мрачного и темнеющего взгляда.
– Подожди, ты считаешь, что я злюсь из-за падения? – Изумлённо переспрашивает он.
– Конечно. И ты должен злиться на меня, ненавидеть тоже имеешь право, ведь из-за меня ты лишён развлечений на этот день и, вероятно, на завтра. Но если хочешь, то твоя девушка, ну та, с которой ты спишь, может тоже прийти к тебе. Я не буду против, если это доставит тебе немного радости, то я только «за», – киваю, а внутри всё переворачивается, когда добровольно даю согласие на присутствие той, кто тоже крадёт его у меня.
– То есть ты винишь себя за то, что я вылетел из седла и не удержал поводья? Ты из-за этого ведёшь себя, как полная идиотка? – Цедит Рафаэль, приближаясь ко мне. Сколько ярости в его глазах, и меня от неё передёргивает. Меня очень пугает его состояние. Очень, как будто он готов придушить меня из-за случившегося.
