Бросаю взгляд наверх, грустно осознавая, что я бы не прочь сама отнести Рафаэлю ужин и смягчить его, чтобы всё обсудить. Но мне это ещё предстоит, надо проверить зрачки. Возвращаюсь в гостиную, все девушки собрались у одного из ноутбуков и с энтузиазмом выбирают платья к балу. Делаю вид, что мне безумно интересно, а сама считаю время, проведённое Флор в спальне Рафаэля. Кажется, что прошло уже больше получаса. И что они там делают? А если она решит воспользоваться им, пока он спит, и снова наделает этих безобразных фотографий, как тогда? Или он совершенно не соображает, кто с ним, и примет её за ту девушку, с которой спит, и…
Боже, о чём я думаю? Может быть, они просто болтают. Ведь не все свихнулись на сексе или на том, чтобы обладать Рафаэлем, как я, да? Я не могу обладать им, какая глупость. Это смешно. Ну да, обладать, пойти к нему и каяться, пока не простит за то, что я хотела его убить. Но я же не хотела, так почему у меня на душе кошки скребут? Почему у них когти-то такие острые? Флор там уже очень долго. Почему мне хочется побежать и вышвырнуть её оттуда, схватив за волосы? Ах да, я ревную, продолжаю это делать, хотя внутри всё бунтует особо остро.
Пробегаюсь взглядом по девушкам, громко обсуждающим, что кому подойдёт, и встречаюсь с насмешливым взглядом Сиен, показывающей наверх. Пожимаю плечами, говоря ей, что понятия не имею, чем они там занимаются. Она снова указывает глазами на второй этаж, уже настойчивее.
– Нет, – одними губами отвечаю ей. Подруга тоже отчего-то хочет, чтобы я нарушила их уединение, но не буду. Не моё дело. Ни капли неинтересно, ни единой мысли я не…
Наконец-то!
Раздаются шаги вниз по лестнице, и я резко подскакиваю с дивана, улавливая ухмылку Сиен, а девочки ничего не замечают. Быстрым шагом вылетаю в коридор хотя я, вообще, не должна нестись к этой стерве, как полоумная, но всё же не могу устоять перед искушением узнать – что у них там происходило.
Флор останавливается и протягивает мне полный поднос.
– Он не ел, – сухо отмечаю я.
– Нет, поел немного супа ложки три и выпил чай с одним кусочком сыра, а потом сказал, что его мутит, – тихо отвечает она.
– Понятно, – недовольно произношу я и направляюсь в кухню.
Прю так старалась! Я так старалась, а его, видите ли, мутит! Наглый! Самовлюблённый! Ненавистный тип!
Чуть ли не бросаю поднос на кухонный островок и облокачиваюсь руками об него. Нет, вот как так можно? Если он так мало поел, то чем он с ней занимался всё это время? Чем?!
– Мира.
Сжимаю губы, пытаясь побороть злость и ревность, когда слышу её голос. Сука. Ненавижу и её.
– Думаю, тебе следует уйти. Или Рафаэль просил тебя остаться с ним на ночь? – Едко спрашиваю и оборачиваюсь к Флор.
– Нет, он… он плохо себя чувствует и снова решил отдохнуть. Я хотела у тебя узнать кое-что, – мнётся она. Боже, ну почему она такая? Почему она не похожа на меня и не имеет хотя бы немного уважения к себе?
– Что?
– Хм, ты разрешила мне пройти к нему и упомянула о том, что друзьям Рафа можно беспрепятственно навещать его…
– Раф, как собачка. Гав-гав. Его имя – Рафаэль, так будь добра хотя бы при мне не тявкай, – ядовито шиплю, перебивая её, отчего Флор сглатывает и ещё больше вжимает в себя плечи.
– Эм, ладно, прости… в общем, я могу прийти к нему завтра?
– Если он этого захочет, то я не против.
– О, он хочет, просто боится, что ты сделаешь что-то плохое мне. Я постоянно его убеждаю в том, что ты хорошая, а он, наоборот, считает, что ты вселенское зло. А теперь тебя заставили ухаживать за ним, когда между вами натянутые отношения, ну и я подумала, может быть, заменю тебя? Если ты не против, конечно. Я уже проверила реакцию его зрачков, и всё с ними хорошо. Тебя ведь он напрягает, а мне Рафаэль нравится, и я…
– Меня это не волнует. Делай что хочешь с ним, а меня не трогай. Хочешь целовать его ноги, пожалуйста. Быть тряпкой, о которую он эти самые ноги будет вытирать, да без проблем. Выбираешь унижение и потерю собственного достоинства, я только рада. Оставь меня в покое, не заставляй испытывать тошноту от твоего вида. Ты можешь даже выйти за него замуж, я подарок пришлю – подстилку для питомца. А сейчас у меня есть более важные дела, чем разговор с тобой, – пролетаю мимо озадаченной Флор, намеренно толкая её плечом.
Не смогла удержаться. Да я готова её разорвать голыми руками. Сколько наглости нужно иметь, чтобы говорить это мне в лицо? И он, правда, считает меня такой ужасной, после всего, что между нами было? Серьёзно? Он ей это говорит? Мне так обидно! Так обидно и неприятно оттого, что Рафаэль позволяет себе обливать меня грязью за моей спиной, когда ещё недавно называл маленьким кусочком хлебушка.
Вхожу в комнату и нарочито громко хлопаю дверью. Пусть думает, что я его убить хотела. Сейчас я этого очень хочу! Очень! Он предложил ей провести с ним ночь? Здесь? Снова у меня перед глазами? Да как он, вообще, мог даже заикнуться об этом, когда я так глубоко переживаю за него?
