Птица была не жесткой. Я с замиранием сердца смотрела, как он отрывал кусок, отдавая мне. Наши руки прикоснулись и во мне отдалось что-то жгучее. Он заметил мои малейшие колебания, они у него вызвали улыбку. После ужина за неимением кровати легли возле углей на ковре из шкур. Наши с Петшей глаза оказались на одном уровне. Он поймал мой взгляд, как охотник, что долго выглядывал дичь. Я улыбнулась. Меня охватило странное чувство, которое ранее я не испытывала. Некое предвкушение удовольствия окутало все мое тело.
Страх неизвестного заставил меня отвести свой взгляд, но его сильная рука вернула все на место.
— Перестань, — сказал он, прижав к себе, что я чуть не задохнулась. Он целовал, и я ответила ему.
— Не жми губы.
— Прости, не буду.
Он рассмеялся. В его смехе было что-то необычное, таинственное, что пленило полностью. От него шел запах хвои и свежести. Я пыталась надышаться им, прижимаясь, держа крепко, боясь, что его отберут.
— Когда ты влюбился в меня? — проговорила я, приближаясь к его уху.
Он рассмеялся и обнял крепче. Все мое тело поддалось ему на неком бессознательном уровне. Он воспринял это как согласие на дальнейшие действия. Я жалась, утверждая, что нашу связь могут расторгнуть только наверху. Жар тела сводил меня с ума. Я старалась наглотаться воздуха перед полным погружением с ним в пучину бессознания.
Глава 19
— Зачем тебе это? — сказал он, чуть тихо прикоснувшись к моей щеке.
— Я хочу знать, — отгоняя от себя мысли об отце и маге.
— Перестань, — шептал он, касаясь моих губ, прижимая руки к полу.
Отвернувшись набок, он задул свечу. Мы моментально окунулись во тьму. Серебристая луна подсвечивала нас в кромешной мгле. Насекомые и живность, что жила в лесу, затаилась, давая наговориться вдоволь. В доме горел огонь, наполняя теплотой и уютом.
— Ты совершаешь глупость, — шептал он
— Пусть.
Я оперлась руками, пытаясь встать и разглядеть лицо Петши. Прикоснуться к губам. Увидеть в кромешной тьме глаза. Ощутить его запах. Я хочу, чтобы он был моим полностью и более никому не принадлежал.
— Лучше я буду скитаться, чем выйду замуж за мага. Наряжусь в шкуры, спрячусь под деревом, буду следить за тобой.
Он рассмеялся от моих слов. Не верил или не придавал значения. Кто я для него? Избалованная девчонка, бежавшая от отца. Мое место в замке возле трона. Да и кого я обманываю. Что я буду делать, когда он превратится в волка?
Он нагнулся ко мне. Петшены губы соприкоснулись с моим ухом. Он шепотом произнес:
— Помолчи.
Я замолчала. Его сильные руки сковывали мои движения. Наши короткие разговоры закончились, превратившись в действие.
Я уснула чуть ближе к утру. Солнце еще не встало. Ночная прохлада поглощала дом. Холодный ветер стучал в окно. В это утро туман был особенно густ, окутывая дом.
— Ты спишь, — сказал он, прикасаясь к моей руке.
Я, проснувшись, потерялась во времени, встретив его черные горящие глаза.
— Что случилось? — спросила я.
— Ничего, — ответил он, даря жаркий поцелуй.
Дом наполнялся свежестью. Мне не хотелось спать, несмотря на раннее утро. Я была рада, что отняла у сна пару часов и насладилась жизнью. Он укрыл меня одеялом, сам сел в проеме, надевая черные сапоги. Я поднялась тихо, на цыпочках, подошла сзади, боясь спугнуть.
Он обернулся на шум и попросил подождать.
— Пока я охочусь, разожги огонь.
Я снова осталась одна, провожая его взглядом до самого леса, боясь, что отцовские гвардейцы уже настигли Петшу. Пошли на счет тревожно минуты. Мне хотелось бежать за ним в хвойный лес. Раздалось пение птиц. Яркие лучи солнце заливали землю.
— Они его не схватят, — повторяла я про себя, усевшись и прислушиваясь к каждому шуму, читая древнюю молитву Богам.
Он пришел сырой, собрав утреннюю росу, но с горстью ягод и с убитой птицей. Сняв огромные сапоги. Раздеться я ему не дала, прижавшись к его могучему телу.
— Прошу, больше не бросай меня. Я боялась, что с тобой что-то случится.
— Что со мной будет! — усмехнулся он.
В котелке закипела вода. Он спокойными движениями разлил в стаканы, заваривая местную траву. Напиток имел душистый аромат: смесь мяты с древесной пряностью. Туда он выдавливал некие ягоды темно-фиолетового цвета. Обернул стакан в льняное полотенце и подал его мне.
— Надо вдыхать, — сказал он и показал этот несложный процесс.
Я смотрела на него, не отрываясь, делая несколько глотков от буйной смеси различных ароматов трав. Они пьянили меня. Он развалился на полу, вытянув ноги. Я забилась в углу, делая мелкие глоточки волшебного напитка, неотрывно смотря ему в глаза.
— Что я буду делать без тебя, Петша? — сказала я, чуть дыша.
— Жить, — ответил он грубо, — помучаешься и привыкнешь к магу. Будет как родной, противный, уродливый, но родной. Тебя он не тронет, пока твой отец на троне. Может, ты сбежишь от него.
— Зачем ты так говоришь? Будто не любишь меня или я тебя неинтересна. Если ты мучаешься, сидя со мной в этом доме, то я готова уйти прямо сейчас. Покажи, где застава, и забудь меня, как страшный сон.
— Перестань, — он махнул рукой.
