Теперь, поднятый наверх, я жадно вдыхал воздух пыльной планеты. Он казался мне необычайно чистым, кристально свежим, после кортозисной шахты. Черт возьми, я жив!
– Оле... Фокусник. Ты как? – с серьезным беспокойством окинул меня взглядом капитан.
– Царапина, – оскалился я Траверу. – В ногу пулю словил. Остальное – урон только косметический.
– Ничего не хочу сказать, но ты смотришься ужасно, – подошел Кейн.
– Как дела? – спросил я.
– Ты еще спрашиваешь, как дела у нас? С тобой все в порядке? – Он, не спрашивая разрешения, хотя я и не мог сопротивляться, стянул с меня шлем, очки и наушники. Очки, остановившие пулю, оставили своим округлым краем, плотно прижимавшимся к лицу, лиловый замкнутый след – их впечатало в голову. Респиратор я умудрился, не помню сам, где, оставить под землей.
– Фу! – выдохнул он облегченно. – Просто я решил, что тебе проломили череп. Такое бывает, шок, думаешь, что все в порядке. А через день умираешь от внутричерепной травмы.
– С чего ты так решил?
– Ты в крови словно выкупался. Загрыз несколько человек? А? – спросил он, напустив наигранного понимания в голос.
– Только одного, – вполне серьезно ответил я. – Он ничего не проповедовал, и о вкусе ничего не скажу. Но у меня была неприятная альтернатива - быть проткнутым ножом.
– Сейчас сядет Ивендо и заберет тебя. Тебе нужно в медотсек, – сказал капитан.
– Я могу ходить, – отмахнулся я.
– Ковылять, но не бежать, – сказал Кейн. – Извини, но от тебя сейчас будет мало пользы.
– Проблема. Я оставил образец своей крови в шахте, – сказал я обеспокоенно.
– Забудь про эту херню! Её там слишком много, чтобы разбирать, из кого она вытекла. Кроме того, её скоро завалят из-за засевшей хер пойми где пары охранников, так что расслабься.
Огромная тень корабля накрыла нас, Ивендо быстро опустил «Шлюху» во двор шахты и откинул аппарель, так, что она практически касалась земли. При этом сам корабль, не опуская шасси, завис в паре метров над землей. Ювелирная работа, как всегда – и я был уверен, что он не прибегал к автопилоту или парковочным программам.
Я проковылял на борт, добравшись до кокпита.
– Фокусник… Олег, мы же уже на борту, – сказал Ивендо, –ты ранен?
– Ерунда, – отмахнулся я
– Иди в медотсек и не пытайся даже изображать из себя идиота. Или героя, как вы там себя иногда зовете? Обкололся до бесчувствия и решил, что если не болит, то можно строить из себя не пойми что!
– Ладно. Но ты расскажешь потом, что случилось, пока я расчищал туннели.
Я прихромал в медицинский отсек, где сорвал с себя испачканную и изодранную одежду, окровавленные и поцарапанные доспехи, свалив все это на пол. Ивендо помог мне лечь на кушетку.
– Нормально так тебе задницу разворотило.
– Это не…
– Немного ниже, но кого это волнует, – усмехнулся пилот.
– А мы не должны уже сейчас переходить к следующей части плана? – подозрительно спросил я.
– Сейчас на борт зайдет Нейла, думаю, ей это зрелище понравится больше. О! А вот и она. Я ухожу.
– Ты ещё ходил с этим!? – спросила она. – Разворачивайся на бок.
Надо мной склонился медицинский сканер – томограф, который высокотемпературные сверхпроводники делали невероятно компактным.
– Симпатичная задница, – сказала Нейла.
Я валялся без штанов, по сути голым, и сильно покраснел от стыда, или, скорее, потемнел из-за моего цвета кожи.
– Ты, что, стесняешься? Меня? – игриво сказала она, осмотрев меня со всех сторон. – Тут вовсе нечего стесняться, такой мм... инструмент обычно повод для гордости, а не стыда.
– Это всё из-за тебя, – оправдался я.
Она зафиксировала меня в поле стазиса в полуподвешенном состоянии.
Манипуляторы автоматизированной хирургической системы придвинулись ко мне.
– Теперь ты точно не сможешь избегать меня, – сказала она весело. – Или я тебе не нравлюсь?
– В иной момент времени я бы сдался, и, похоже, сделаю это сейчас. Но я не дикарь, чтобы желать женщину, будучи вымазанным в чужой крови, – сказал я. – Кроме того, такие отношения – это немного не то, что я хочу. Мы друзья, а если я... буду с тобой, то это будет немного по-другому, – я не мог объяснить, что имею в виду. – Мы коллеги, а не любовники.
– В этом нет никакого противоречия! Ты не пропускаешь не одной женской задницы мимо себя, когда находишься за пределами корабля. А меня избегаешь, – обиженно сказала она.
– Я молод и меня тянет на приключения. И проще удовлетворять потребности своей природы, а затем заниматься чем-то интеллектуальным, чем изображать из себя джедая.
– Глупости. Я не могу смотреть на то, как ты мучаешься. И прочитала в энциклопедии про ситов, что они были очень и очень активными разумными. Ты понимаешь, о чем я. Корабль тесный, полеты долгие. Почему тогда ты должен сдерживать себя тут?
– Потому, что мое воспитание не позволяет мне делить одну девушку с несколькими мужчинами.
Корабль тряхнуло. Узнаваемая отдача от турболазеров.
– Это нормально, когда Ивендо воюет, разговаривать о моих половых предпочтениях? – спросил я ее. И зашипел, когда гибкие манипуляторы начали ковыряться в бедре. Или в ягодице. Где-то посередине.
