Я достал пистолет. Медленно навел его на едва видимую впереди фигуру, снял палец со спусковой скобы и надавил на крючок. Говоривший покачнулся, как пьяный, и упал мешком на землю. В ответ выстрелили несколько раз. Пули просвистели совсем рядом. Я рухнул на землю, пропуская над собой еще несколько раскаленных кусочков металла.
– Покажись ты. Говна кусок! Сука, мать твою я ебал!
Я разрядил положенный рядом дробовик в сторону кричавшего. Последний заряд картечи вышел, и я отбросил ставшее простым костылем оружие.
– Сукин сын! Ты поплатишься за это, – заорал кто-то.
По голове словно ударило молотком – меня шатнуло. Весь вид передо мной слева покрылся сетью трещин. Пуля попала в противоосколочные очки, вмяв «стекло» и едва не лишив меня зрения. Я даже не успел испугаться. Вторая срикошетила с наплечника. Я еще раз выстрелил из пистолета, свалив одного из охраны. Третий лежал без движения.
Я прихромал поближе к нему, когда он медленно потянулся к оружию. Или только собрался это сделать? Хитрый засранец притворился мертвым. Я потянул ещё раз за спусковой крючок, но пистолет лишь щелкнул ударником. Кончились патроны. Я отбросил ненужное оружие в сторону.
Оставалось только выбить оружие из его рук. Пинок вышел неуклюжим – меня подвела нога и я расстелился на шпалах, запнувшись об рельсу. Раненый противник почти дотянулся до пистолета, но я мертвой хваткой вцепился в него, не давая добраться до оружия. В ответ он поменял тактику и теперь всем весом навалился на меня, намереваясь зарезать гудящим виброножом.
У меня уже не было сил оттолкнуть его, единственное, что я мог сделать – не дать ему проткнуть меня. Я хрипел под его весом и от адской боли в сдавленной ноге. Руки были заняты борьбой, и я, придавленный превосходящим весом, не мог встать. Страх, злость заполнили меня. Я, как дикое животное, вцепился зубами в горло врага, разрывая артерию. Он задергался, теряя силы, и выронил нож. Я мог бы схватить еще теплую рукоять, но вместо этого только глубже впился зубами в его горло. Противник захрипел, заливая моё лицо кровью.
Сердце собиралось проломить грудную клетку. Спустя минуту, я нашел в себе силы сбросить с себя умирающего и прислонился к холодной стене туннеля. Я поднялся и сделал неверный шаг. Обернулся… надо подобрать оружие. Не мир принес я… Медленно, хромая, как некогда на Коррибане, собрав всю свою волю в кулак, я дошел до ворот в пункт охраны. Сам он был покинут. В здоровенном помещении не было ни души. Сняв с настенного телефона трубку, нервно вызвал пункт контроля.
– Восьмой! Восьмой! – связь, должна же остаться связь! Даже сейчас я не мог наплевать на конспирацию.
– Кто там, – раздался голос с той стороны.
– Фокусник. Третья команда, – просипел я.
Даже наши позывные должны вводить в заблуждение. Если их кто-то сможет услышать.
– Сейчас найдем кого-нибудь из твоих.
Я бы мог попытаться выбраться самостоятельно, но боюсь, если даже Сила и не даст мне заблудиться, физических сил у меня на это не хватит.
Пришлось ждать целую вечность, прежде, чем со мной вышли на связь.
– Гм. Фокусник. Говорит «Восьмой». – Я и так по голосу узнал Травера. – Вижу, где ты. Сам никак не выберешься?
– Нет. Путь сюда завалило наглухо.
– Есть еще одна ветка… – протянул капитан.
– Знаю, я уже изучил схему. Но столько я не пройду. Мне нехорошо.
– Тогда за тобой отправят дрезину. Ты дождись только, – обеспокоенно сказал он.
– Буду ждать… – связь оборвалась, и я не успел договорить. Заодно погас и свет. Кого еще нелегкая несёт?!
Я превратился в слух, ожидая подмоги. Или охраны. Она ещё могла быть здесь, в этой части шахты. Я стал припоминать схему, которую мы заучивали пару суток. С другого пути не могло прийти ничего хорошего. Обыскав всё, что осталось на поясе, я нашел лишь одну гранату. Тяжелая и по характеру наступательная. Такой в небольшом помещении охраны только самоубиваться.
Шум предвестил прибытие ещё одной тележки. Приехавшие не торопились въезжать на ней прямо в помещение караула. Они «спешились» задолго до того, как доехали до въезда. Тихо пробираясь по залу, выхватывая куски реальности из мрака тактическими фонарями на своём оружии. Я затаился за подпоркой, сжимая гранату, как утопающий в бескрайнем море доску из набора своего разбитого о скалы корабля.
Боль в колене не давала сосредоточиться, и я почти ничего не мог почувствовать в Силе.
Отсветы от ищущих лучей подсветили широченное помещение, все его ниши и закоулки с терминалами достаточно ярко для моих кошачьих глаз. Я выдернул чеку, удерживая рычаг на гранате. Тихий звук извлечения чеки из запала неожиданно легко разнесся по всем углам гулкого подземного помещения.
