Ивендо, заметив усилившийся огонь по нам, начал двигаться ещё более непредсказуемо – он, беспорядочно маневрируя, становился чудовищной угрозой общественному движению, внося в него ужасающий, невообразимый хаос. Целые улицы по ходу нашего движения объявлялись аварийноопасными из-за его безумной выходки. Которую я помог ему осуществить.
Это не останавливало преследователей, готовых на самые решительные меры – они продолжали гнаться за нами, стреляя из встроенных в спидеры и гравициклы плазменных и ионных пушек. С открытых спидеров палили из повторителей. Спидеры на нашем маршруте теперь заблаговременно прижимались к стенкам, освобождая пространство для нас и наших преследователей, и Ивендо, пользуясь свободным коридором, втопил ещё быстрее.
Но своего, надо признаться, лейтенант добился – по нам не попадали. Щит медленно остывал и не грозил отказать в любой момент. Плазма мелькала иногда совсем близко, но то в действительности были десятки метров – мы уже здорово оторвались от преследователей. Я оглянулся в предчувствии взрыва – теперь я воспринимал в Силе и это явление. Два аэроспидера наёмных убийц, не справившись с управлением, столкнулись друг с другом и исчезли во вспышке, яркой, как перерождающаяся звезда.
Капитан вышел на связь с Аболлой и одновременно вводил что-то в консоль управления кораблем. Нейла побледневшими руками вцепилась в подлокотник. Я сидел, полностью отрешившись от потока огней и всматриваясь в такое же непостоянное и стремительно несущееся параллельно ходу нашего движения будущее.
– Ивендо, милый, – тихо сказал Нейла. – Травер отметил тебе конец маршрута, и вроде бы мы уже оторвались… И он говорит, что нам уже ничего не угрожает.
– Уже? – не поверил он. – И почему все так быстро заканчивается? – разочарованно сказал он, пытаясь включить автопилот. Но переключатель не сработал.
– Олег? – он обернулся ко мне, каким-то чудом удерживая спидер на маршруте.
– Сейчас! – я сконцентрировался на оптоволоконных линиях – теперь по ним вновь заструилась информация, и центральный процессор получил необходимые данные. Затем у Ивендо получилось реанимировать автопилот.
Рывки, бросавшие меня из стороны в сторону, то вжимавшие меня в кресло, то пытающиеся меня из него выбросить, прекратились. Я выдохнул. На приборной доске горело предупреждение о перегреве двигателя, но пилот тягу не снижал – явно считая двигатель меньшей ценностью, чем себя самого.
– Теперь нас захотят освежевать, – сказал, сжимая рукоять бластера, Кейн. Его лицо само говорило о том, что он сам хотел бы сейчас ободрать чью-нибудь шкуру, и то, что он был вымазан в крови не меньше чем я, делало его вид ещё более угрожающим.
– Радуйся, что ещё дышишь этим грязным воздухом, а не разметал свои кишки по дюракриту! Там, внизу, – ответил Ивендо, указывая пальцем туда, где тащились грузовые автопоезда, слишком тяжелые и громоздкие для того, чтобы оторваться от поверхности. – За нами до сих пор гонятся пять спидеров, и хер его знает, сколько стволов у них там. Втягивай атмосферу и помни, что это, возможно, ненадолго.
– Сейчас будет опасное сближение, но для нас в нём нет ничего угрожающего... У меня для вас хорошие новости, – удивительно жизнерадостно сказал Травер, оторвавшись от своего планшета, – всё не так плохо, как кажется!
– Хорошо, что по нам не садили ракетами и лазерами – вот это было не так плохо, – пробурчал я.
– Нас не освежуют, а просто зарежут? – оптимистично предположил Кейн. Травер мотнул в ответ головой, довольно усмехаясь.
– Мы совсем оторвались? – встрепенулся Ивендо, поняв сказанное по-своему. Но капитан снова загадочно улыбнулся.
– А вон те типы, которые летят во-он там, это то самое «сближение»? – спросил я, указывая на приближающийся справа крупный спидер. Хорошо вооруженное бронированное судно, летающий танк, иначе и не скажешь. И они следили за нами, но не предпринимали никаких действий – более того, они не были настроены враждебно.
– А это те парни, которые устанавливают здесь порядки, – сказал Травер. – Но сейчас они сопровождают нас по просьбе Аболлы. Видишь ли, мы потерпевшая сторона, а те уроды уже назначены беспредельщиками.
– Чудо господне! И главное, как оперативно,– сказал я патетично. – И сколько ты теперь нашему личному богу за это должен? Какова назначенная жертва за вмешательство?
– Арканианцу - сто тысяч за посредничество и три сотни тонн местным на бронированном транспорте. Остальную неустойку, в хатт знает каком размере, будут взимать с тех головорезов. Думаю, что их жизнь кончена.
– Ясно, – сказал я. Даже не обсуждалось, но эти расходы мы делим подольно. – Сейчас они постараются покинуть Шаддаа и как можно быстрее.
– Да-да. Поэтому мы летим к платформе с кораблем, – сказал капитан.
– Спидер бросим там? – спросил Ивендо. – Хотя этот мусор ни на что больше уже и не сгодится…
