– Его заберут. Ключ возьмём с собой, чтобы не угнали, Аболла написал, что у него есть ещё запасной – сказал Травер, затем придирчиво осмотрел машину. – Надеюсь, он не будет брюзжать, что мы запачкали ему салон. Олег, да ты опять вымазался в крови с головы до ног! Мясник…
Я знал это и без него. Виброоружие – грязный инструмент.
– Теперь понимаю, почему джедаи используют световые мечи – они, верно, устали отстирывать свои балахоны от мясных ошметков, содержимого чьих-то кишок, слизи и прочих внутренних жидкостей, – сказал я, оттирая куском материи от чьей-то уже начавшей сгущаться крови очки… Надеясь, что это была только кровь. Брызги на линзах мешали обзору – только сейчас я обратил внимание на эти мутные разноцветные потёки перед глазами. Делать это одной левой рукой было крайне неудобно.
– Они еще и плазму ими умеют отражать. Только не спрашивай, как они это делают, – сказал Ивендо. – Физика этого не объясняет. Собери уже себе, наконец, такую штуковину, хватит грубо кромсать людей на части – делай это цивилизованно!
– Плазма-херазма. Вас чуть не прикончили, а вы тут светскую беседу ведете. Одного понять не могу, чего эти ящеры так долго сидят на Шаддаа? – буркнул Кейн. – свалили бы сразу, как только украли эту штуковину.
– Они ждали подходящий корабль, – ответил я. В этом я был абсолютно уверен, как в том, что Сила - реальна. – Их мало, не больше десятка – остальное наёмники для массовки. Скорее всего, работающие втёмную. Но им очень много заплатили – столько усилий, ради того, чтобы мы не успели передать данные об их положении, но они, похоже, увлеклись…. И, вероятно, это была конспиративная квартира, но тогда эти типы точно действовали не в частном порядке.
Кейн скептически выслушал мои соображения.
– Значит, мы нарвались не на простых воров? – спросил Травер, снимая очки-нейроинтерфес и массируя виски.
– Вероятно, некая спецслужба этих ящерок, – ответил я, сам не радуясь сделанному выводу. – Или кто-то с возможностями, как у спецслужбы.
– Спецслужба? Тем более, убрались бы на первом подходящем, – не согласился со мной Кейн. – Тут миллионы кораблей.
– Это действительно странно, – кивнул я. – Но, возможно, из этих миллионов нет ни одного принадлежащего их начальству? Возможно, боялись засветить груз – ты же знаешь, что все закатанное в карбонит досматривают усиленно. Или Аболла уже разослал ориентировку, а мы об этом ничего не знаем… Даже тут такой груз может вызвать подозрения. Или у них есть судно, но это тихоходное корыто, и они не рискнули перевозить контейнер на нём. Что вполне вероятно, если это резиденты, а не гастролеры.
– То есть мы обидели не группу наемников без связей, а целую разведку? – обеспокоенно спросила Нейла.
– Я бы не опасался возмездия – рассудил я. – Это не рационально, мы не террористы, чтобы устраивать ответные акции устрашения, или какие-нибудь политические противники, чтобы представлять угрозу в будущем.
– Ты не представляешь, насколько сильно ошибаешься, – ухмыльнулся Ивендо. – И, замечу, постоянно. Ты думаешь, будто бы имеешь дело с разумными и рациональными существами, а это далеко не всегда так. Галактика не населена арканианцами, отрицающими веру, как явление, и живущими в моральном нигилизме. Мы, люди-то, не отличаемся предсказуемостью, а уж про этих ящериц, чьё потомство пожирает друг друга сразу после того, как вылупится из яйца, я заранее ничего сказать не могу. Может, они объявят нам кровную месть, и не успокоятся, пока не обглодают наши кости?
– Фу, как это мерзко! – сказала Нейла.
– Не стоит судить традиции и системы ценностей чужих видов по своим, – произнес Ивендо с напускным лекторским тоном… – Так меня на Флоте учили. Чего уставились, как на хатта, занятого благотворительностью? Но никто не мешает мне их за это презирать. Еще один вид, исчезновение которого никого не расстроит.
– Как так можно? – опять возразила твилечка.
– Да ладно, всем было плевать, когда месяц назад пассажирский звездолет с экипажем в сотню тысяч душ, шедший из Корусанта, расщепило из за неисправного гиперпривода, – ответил Кейн.
– Так точно, показали эту херню недавно в новостях, а потом давай дальше крутить какую-то галиматью про то, как пара сексуально озабоченных подростков никак не вступит в отношения посредством своих половых органов. И как они от этого невероятно страдают… Могли и не прерывать, в принципе. А уж на этих инопланетчиков и подавно всем насрать, – подтвердил Ивендо.
– Ивендо. Движок не прогорит? – спросил я лейтенанта. Он, несмотря на работающий автопилот, следил за всеми показателями и обстановкой на аэротрассе и не мог не обратить внимания на всё ещё горевшее красным предупреждение на приборной панели. Хотя Ивендо уже давно и сбросил мигание, он ничего не сделал, чтобы исправить ситуацию – максимальная температура в газогенераторе[1] до сих пор была выше допустимой. Термоядерный реактор, работающий вместо камеры сгорания, так можно было и расплавить. Не говоря про возросшие нагрузки на лопатки турбины при одновременно чрезмерной их температуре.
