— Сейчас тебе захочется еще сильнее, — маг вытащил из кармана горсть разнокалиберных и разноцветных кристаллов. Рассыпав их по столешнице, он произнес короткое резкое заклинание, из-за чего наваленная им кучка начала таинственно искрить и светиться. Полюбовавшись на дело своих рук, он пояснил, — Против подслушивания. Имитируют помехи от перегруженного копье-посоха, идущего вразнос.
Я подобрался, прогоняя расслабленность. Думал, что наконец-то попал в совершенно невраждебную среду, где даже до ближайшего злого китайского Бесса пара десятков тысяч километров, а оказалось…
— Вся эта ситуация с подселившимся богом — сплошное шоу, — огорошил меня приятель, прихлебывая из своей кружки и не отрывая от меня напряженного взгляда, — Комедия, сыгранная с одной целью — позволить Творцу Боли проверить, действует ли на тебя её способность снова. Никакого бога нет, Силис чревовещатель.
Струя кофе из моего рта и носа почти достигла оружейника, но тот каким-то образом успел поставить небольшой магический щит размером с большое блюдо, уберегая себя от неожиданного купания. Убедившись, что мои запасы коричневой жидкости иссякли, Эдвард убрал щит, продолжая напряжённо на меня смотреть.
— Ээ… — умно промычал я, — У. уу…
— Согласись, хорошо сыграно? — холодно улыбнулся маг, протирая стол видавшей виды тряпкой, — Ровно тот момент, когда никакой атаки не ожидаешь — потенциальный противник полностью отвлечен близким человеком. Да и сама проверка никак на полноценное нападение не тянет, мало ли, девушка перенервничала. Зато её голова на месте, а все заинтересованные лица знают, что тебя можно выключить. И это только вершина айсберга. Мы практически в тюрьме, Кирн.
— Зачем? — наконец выдавил из себя внятное слово я.
— А я знаю? — развел руками блондин, нарочито глупо хлопая своими идеально подходящими для этого занятия голубыми глазами, — Нас обоих сдёрнули сюда, мастерски воспользовавшись шатким положением. За время моей жизни в Пирамиде до твоего прилёта, я убедился в том, что работы по погрузке ведутся практически вхолостую. Умный Еж платил разумным за имитацию трудовой деятельности. Количество боевых гулей, находящихся в его распоряжении поражает, это труд нескольких лет, можешь мне поверить. Зачем-то ему всё это нужно — Пирамида, Внешний Мир, ты, я, Творец Боли… Но у меня ни малейшего желания следовать втёмную чужому плану. А у тебя?
— У меня свои цели. Вы их знаете, — хрипло выдохнул я. Мысли лихорадочно прыгали, как мыши в пустом ведре, бесцельно и истерично.
— Рискну предположить, что твои цели категорически мешают планам некроманта, — заявил друг, вгрызаясь в твердый как камень пряник. Крошки радостно брызнули ему в глаза, от чего маг с проклятиями бросил вредную еду в угол, начав протирать окуляры руками.
— Да, — согласно кивнул я, — Абракадавр никогда бы не стал кого-то в чем-то убеждать, не имея личных интересов.
Ситуация складывалась отвратительная. Умный Еж был последним, с кем мне бы хотелось конфликтовать, но раз он начал игру втёмную, то пора было уносить ноги. Действительно, в отличие от всего нашего опыта предыдущего общения, сейчас было видно, что некромант юлил. Заявленные им цели «изучения нового мира» никак не совпадали с тем, что он творил.
Впрочем, Эдвард был категорически против панического бегства куда глаза глядят. Так, по его словам, мы всё равно оказывались в проигрышном положении — вдвоем, в мире, где арсенал языков, которые мы знаем, может служить разве что для привлечения внимания. Кроме того, мы не могли вернуться сами по себе.
— Кирн, что нам нужно для возвращения в Срединный Мир? — Получивший от меня согласие Эйнинген сделался сух, сосредоточен и деловит. Достав толстый потрепанный блокнот, он уставился на меня взглядом голодного до знаний мага.
Я весело хмыкнул, пытаясь напускными эмоциями отогнать тотальную растерянность и непонимание происходящего.
— Кроме тебя и парочки накопителей? Только «монах».
Расставшись на время с оружейником, я забился в далекий тёмный уголок в самом основании Пирамиды и прикрыл глаза, позволяя мыслям течь самим по себе. Абракадавр всегда исполнял заключенные договоренности, был дисциплинирован и беспристрастен. Сейчас, на свою беду, я ни о чем с ним не договаривался, растерянно позволив себя утащить к чёрту на куличики. Только сейчас до меня дошло, что никакого смысла в «консультанте» для мага смерти не было — без знания языка я мог лишь описать внешний вид некоторых рас и народов, населяющих один из континентов. Вторая роль, которую я бы мог тут играть, сводилась к способности быстро летать — целого Джаргака для этой банальной цели брать бы не стали. Тем более уговаривать.
Что тогда? Исследование защиты в магических подземельях? Тоже самое, что хотела и получила Митсуруги Ай, только в небе? Вряд ли.
Участие в каких-либо экспериментах? Ближе к реальности. Но снова сомнительно.
